ВИРТУАЛЬНАЯ ВЫСТАВКА

«История музея в 60 портретах.

Часть 3. 1980-1990-е гг.»

 

ДИМОВ ВИКТОР ПАВЛОВИЧ (11.01.1941‒06.08.2016)

Скульптор, даритель

Виктор Павлович Димов родился 11 января 1941 г. в г. Владивостоке в семье забайкальских казаков; отец был фотографом, мать домохозяйкой. Через пять лет семья переехала в г. Алма-Ата, где Виктор начал посещать кружок изобразительного искусства во Дворце пионеров. В 1957‒1962 гг. обучался в Алма-Атинском художественном училище им. Н.В. Гоголя, с отличием окончил скульптурное отделение. В 1965 г. поступил в Ленинградское высшее художественно-промышленное училище им. В. И. Мухиной. По окончании училища в 1970 г. был распределен в Киргизскую ССР, где создал ряд монументальных и станковых работ. В 1976 г. был принят в Союз художников СССР. До 1982 г. в соавторстве с В. Шестопалом и Т. Герценом работал над монументальным оформлением плотины на реке Талас у Кировского водохранилища, где с одной стороны был возведен 22-метровый бетонный блок с горельефным профилем В.И. Ленина, а с другой стороны – композиция «Союз Воды и Труда». Помимо этого, в киргизский этап творчества мастера был создан ряд произведений монументально-декоративной скульптуры и памятников погибшим в Великой Отечественной войне в 1941–1945 гг.

Читать далее

В 1985 г. был официально приглашен в Выборг городскими властями, которые обещали скульптору ввести в штат должность главного городского художника, но потом от этой идеи отказались. Поэтому первые годы жизни в Выборге Виктор Димов работал мастером в литейном цехе завода «Электроинструмент». В первый же год жизни в городе, Виктор Павлович предложил установить монумент «Звездный шар» на воинском захоронении на территории Южного кладбища. Позже, в 1994 г. этот же проект будет предложен им для треугольного сквера на пересечении ул. Гагарина и пр. Победы. Проекты так и не были реализованы, авторские модели теперь включены в собрание Выборгского музея-заповедника.

В 1988 г. Выборг принимал скульптурный симпозиум Союза художников. Подобные фестивали искусства до того проводились, например, в Клайпеде и Бишкеке, где и сегодня можно увидеть «Сады скульптур». Виктор Димов смог совместить обязанности комиссара симпозиума в Выборгском исполкоме, т.е. организационную работу, с творчеством, создав скульптурную композицию «Волк». Все скульптуры были выполнены из местного камня, добытого на карьере «Возрождение» и с того момента украшают выборгский «Сад скульптур».

Память о скульпторе запечатлена в веках городской истории благодаря работе по реставрации памятника Торгильсу Кнутссону ‒ основателю Выборгского замка. Фигура идеологически чуждого бронзового рыцаря работы известного финляндского скульптора Вилле Вальгрена была скинута с постамента солдатами учебного взвода в 1948 г. При падении были утрачены ступни ног фигуры, щит, ножны меча и верхняя часть эфеса. Лишь после длительных поисков сотрудникам Выборгского краеведческого музея Г.В. Кляровской и З.А. Новоселовой удалось обнаружить разбитую скульптуру в одном из деревянных сараев комбината благоустройства, находившегося на месте современной гостиницы «Дружба». 21 января 1975 г. фигуру бронзового рыцаря перевезли в Выборгский замок, где долгое время скульптура хранилась в подвале под гардеробом музея, дожидаясь лучших времен. И вот в 1991 г., наконец, началась работа по реставрации памятника. Организационное и финансовое бремя взял на себя благотворительный фонд «Реставрации, реконструкции и развития Выборга» под руководством Евгения Васильевича Филиппова. Восстановление утраченных элементов бронзового изваяния было поручено скульптору В.П. Димову, отливку утраченных элементов и монтаж проводили сотрудники завода «Монументскульптура» (Санкт-Петербург). Новый гранитный пьедестал был воссоздан по проекту архитектора Игоря Васильевича Качерина каменотесом Михаилом Сафоновым, которому помогал Павел Залевский.

Начало 1990-х гг. было ознаменовано отходом от идеологических догм и примирением с многонациональной историей многовекового города. Виктор Павлович участвовал в работе по возвращению Выборгу исторического герба (авторская гипсовая модель городского символа хранится в музее). В то же время скульптор создает неформальный символ города – Выборгскую Сову, образ которой был заимствован из декора фасадов выборгских домов эпохи модерна. В.П. Димов разработал авторскую модель флюгера в виде ангела, венчавшего шпиль Башни Ратуши на рубеже XVIII‒XIX вв.

Виктор Павлович выставлял свои работы более чем на 100 выставках в России и за рубежом, включая наш музей. Произведения В.П. Димова представлены в собраниях Государственного Русского музея, Третьяковской галереи и киргизского Национального музея искусств имени Гапара Айтиева. В коллекции Выборгского объединенного музея-заповедника более 20 работ скульптора. Виктор Павлович Димов скончался 6 августа 2016 г. Дело всей его жизни продолжает его сын Павел Димов.

Помещаем в качестве эпилога фрагмент поэмы Л.В. Выскочкова «Торгильс Кнутссон», написанной им в июне 1993 г. к возвращению скульптуры на ее историческое место:

Отныне встанет он, как прежде,
Вновь подпоясанным мечом
В старинной бронзовой одежде,
Слегка подёрнув лишь плечом.

И вновь на замок отрешённо
С усмешкой смотрит свысока,
Зевак толпою окружённый,
Подставив патине бока!

 

А.В. Мельнов

 

 

 

КОСТОЛОМОВ МИХАИЛ НИКОЛАЕВИЧ  (1953–2016)

Биолог, историк, поэт, переводчик, краевед

По самому складу своего характера и по своим интересам Михаил Николаевич Костоломов мало соотносился с тем, что обычно понимают под выражением «музейный человек».  Хотя в его объемистом послужном списке музей как место работы фигурировал два раза. В Выборгский краеведческий музей он пришел в конце 1983 года и был принят на работу на должность заведующего отделом природы. Работа была по основной специальности, и Михаил Николаевич с ней справлялся вполне: вносил дополнения в тексты и аннотации на экспозиции «Природа Карельского перешейка», исправлял ошибки в латинских наименованиях растений, составлял научные паспорта на предметы естественнонаучной коллекции, сдал в музейное собрание коллекцию бабочек, участвовал в работе жюри на конкурсах юных натуралистов, писал статьи в городскую газету. За полгода, которые он состоял в штате ВКМ, им было сделано немало. И все же в этом было что-то неправильное, как забивание гвоздей микроскопом.

Читать далее

Самое главное в жизни М.Н. Костоломова существовало отдельно от записей в трудовой книжке. И это главное было связано с Выборгом. Выборг минувших времен был для него не объектом, на который исследователь с любопытством и интересом смотрит со стороны. Это был мир живой, населенный замечательными людьми, многоязыкий и многоголосый. Мир, который он знал лучше, чем кто либо другой.

Этому миру посвящена написанная им «Выборгиана». Многие ее материалы он успел опубликовать в виде «Выборгского календаря» на своей странице в соцсетях и в газете «Выборг», с подзаголовком: «Имена и судьбы». Всякий раз их предваряла «Справка для будущей «Выборгской энциклопедии». За «справкой», как и за последующим рассказом, стояли горы прочитанных книг на нескольких языках, встречи, поездки в музеи и библиотеки. Обо всех этих подробностях читатель часто просто не догадывался. Михаил Николаевич развертывал волшебный ковер – и делал это с фантастической легкостью. Со стороны казалось, что «так и должно быть», что это – «само собой», что если не видишь пота и усталости, то их словно бы и нет. Потому и водопад имен, биографий, их пересечений, который Костоломов обрушивал на своих читателей и слушателей, многим казался неиссякаемым и доступным.

Благодаря М.Н. Костоломову Выборг прошлых столетий, шведский, финский, немецкий, наполнился и для нас живыми людьми. В общении с М.Н. Костоломовым на ум невольно приходил Баратынский: «Я всюду шествую минувшим окруженный». Он действительно был «окружен минувшим». Вот только он никогда не «шествовал». Он – бежал, летел, мчался, был жаден до новых впечатлений, новых книг, выставок, концертов, путешествий. Он был гражданином мира, впитывающим «впечатленья бытия». В нем не было ничего провинциального, уездного. Выборг для него был неотъемлемой частью большой русской и европейской истории. И в своих путешествиях он всегда искал новое – о Выборге. В Риме – могилу Иоханнеса Таканена, в окрестностях Парижа — дворец Мезон-Лаффит, подаренный когда-то Выборгу меценатом Вильямом Громме.

М.Н. Костоломов родился 9 сентября 1953 года в Выборге. «Мои родители жили с 1948 года в бывшем финском доме на берегу Выборгского залива. В детстве все казалось в нем странным, необычным – шпингалеты на окнах, двери, мебель…», – вспоминал он о своем детстве в Большом Поле (бывшем финском Тервайоки), куда его родители приехали в 1948 году. Его мать, Надежда Михайловна, была завучем в местной школе. Она происходила из семьи бывшего полковника российской царской армии, авиаконструктора Михаила Васильевича Агапова и Жозефины Александровны, урожденной Шталь-Хан. Отец, Николай Яковлевич Костоломов, по образованию был агрономом, но во время войны стал артиллеристом и позднее работал в Артиллерийском училище. В семье было трое детей: Борис, Михаил и Людмила.

До седьмого класса Михаил Костоломов учился в Большепольской школе, где его мама преподавала математику и физику, руководила кружками (лыжным, стрелковым, фото). В 1966 году поступил в школу-интернат №45 при Ленинградском государственном университете, на химико-биологическое отделение. Это был четвертый «набор» одной из лучших ленинградских школ. Затем был биолого-почвенный факультет университета (кафедра ботаники). Дипломная работа М.Н. Костоломова была его первым текстом о Выборгской земле: он стал единственным биологом, применившим в Ленинградской области «метод конкретных флор», выбрав в качестве объекта изучения флору окрестностей Большого Поля. Многие виды он выявил сам, но опорой в его работе служили исследования финских ботаников, написанные на немецком языке, которым он уже хорошо владел, и на финском и шведском, которые он только начал учить. Результатом стал список дикорастущих видов сосудистых растений, произрастающих в ареале, ограниченном 300 км² – не опубликованный до сих пор. 

В 1974 году М.Н. Костоломов поступил на работу в ПАБСИ (Полярно-альпийский ботанический сад-институт КНЦ АН СССР в г. Кировске Мурманской области) – сначала стажером, потом лаборантом и научным сотрудником. Темой его академической работы были т.н. «заносные» растения, попросту говоря сорняки. До сих пор его статьи, написанные в те годы, используются исследователями приполярной флоры.

Может быть, именно то, что он был профессиональным биологом, определило его взгляд на исследовательскую работу в целом. Как у Маяковского: «Ненавижу всяческую мертвечину, / Обожаю всяческую жизнь». Мертвечину он ненавидел в любом проявлении. В 1977 году, прочитав книгу Константина Яковлева «Как мы портим русский язык», автор которой настаивал на том, что недопустимо проникновение в русский язык заимствований, М.Н. Костоломов написал ему гневное письмо: «… и если Вы человек порядочный, как нужно надеяться, Вы, несомненно, выступите в печати с самоопровержением…». Потому что остановить развитие языка означает сделать его мертвым.

Так и в выборгской истории для Михаила Николаевича не было ничего «умершего». В 1982 г. он вернулся в Выборг и поступил в Центральный парк культуры и отдыха им. Калинина (парк Монрепо) на должность инженера-дендролога. Уже тогда он постарался сделать так, чтобы парк «говорил» с ним – в прямом смысле слова. Он начал переводить с немецкого поэму Л.Г. Николаи «Имение Монрепо в Финляндии. 1804». Труд этот удалось закончить лишь в 2011 году.

В том де 1982 году он впервые стал преподавать: сначала в школе №8, потом была Большепольская школа, где он был учителем географии и биологии. В середине 1980-х два года был начальником общественной инспекции по охране природы (Всесоюзное Общество Охраны Природы, г. Ленинград).  В 1990-х годах преподавал в Выборгском филиале РГПУ им. А.И. Герцена и других высших учебных заведениях города. В 2010-х работал в музее-заповеднике «Парк Монрепо» и в Межпоселенческой библиотеке. Один из самых близких его друзей, издатель его книг и поэтических сборников, сказал: «дорого бы я дал, чтобы взглянуть на его трудовую книжку…»

Постоянного места работы для Михаила Николаевича просто не могло быть. Он бы не смог, не выдержал бы. Ему очень много нужно было успеть: увидеть, узнать, рассказать, поделиться. Он считал, что знание о истории Выборга принесет нынешним жителям города радость, сделает их другими. Выборжанами, а не «жителями населенного пункта». Он делился этом знанием через газету, через тоненькие сборники «Выборгианы», издаваемые в Смоленске микроскопическим тиражом, через выступления в библиотеке, где у него был постоянный круг слушателей, через публикацию «Выборгского календаря». Свою главную книгу он так и не увидел: она была издана в 2018 г., через два года после того, как он ушел из жизни. Он был тем человеком, которого коснулась своим крылом выборгская фея. Коснется ли оно нас?..

P.S.: В феврале 2016 г. Михаил Николаевич часть своей обширной библиотеки (около 1000 книг) подарил Выборгскому объединенному музею-заповеднику. Ныне это собрание составляет книжный «Фонд Михаила Костоломова».

 

Мошник Ю.И.

 

 

 

 

 

ГЕРМАН ПАРЛАНД (17.01.1917‒12.06.2019)

Инженер, историк, друг музея

Герман Николай Виктор Парланд родился 17 января 1917 г. в Выборге в семье инженера Освальда Парланда. По отцовской линии Герман приходился внучатым племянником знаменитому архитектору Альфреду Александровичу Парланду (1842–1919), руководившему в 1883‒1907 гг. строительством храма Спаса на Крови в Санкт-Петербурге. Мать Германа, Ида Мария Амалия Юлия, в девичестве Сеземан, происходила из старинного рода балтийских немцев, имевшего выборгскую ветвь. В доме Парландов говорили по-немецки и по-русски. Отец занимался строительством мостов и дорог; семья какое-то время жила в Петербурге и Киеве, а потом перебралась под Выборг в местечко Тиккала (в настоящее время это территория садоводства «Медик»).

Читать далее

После обретения Финляндией независимости Парланды переехали жить в Гранкюлля под Хельсинки. В Северных странах фамилия Парланд широко известна благодаря братьям Германа. Старший брат Генри (1908‒1930) ‒ шведскоязычный поэт и писатель, Оскар (1912‒1997) ‒ врач-психиатр, шведскоязычный писатель и переводчик, Ральф (1914‒1995) ‒ шведскоязычный писатель, переводчик, а их дядя по материнский линии Василий Сеземан (1884‒1963) ‒ известный литовский и советский философ-неокантианец.

Герман, младший брат, оказался «белой вороной» в семье «лириков» и в 1935 г. поступил в шведскую гимназию Гранкюла. В 1941 г. Г. Парланд получил диплом магистра технических наук в университете Хельсинки. В 1944‒1950 гг. работал ассистентом в лаборатории инженерно-строительных исследований Центра технических исследований Финляндии (ВТТ), а в 1950‒1967 гг. – исследователем в лаборатории бетона. Параллельно с работой Герман обучался в аспирантуре Хельсинкского технологического университета, где в 1968 г. защитил докторскую диссертацию. До 1971 г. доцент Парланд преподавал сопротивление металлов в «Политехе», а в 1971‒1984 гг. занимал должность профессора строительной статистики в Технологическом университете Тампере. На профессиональном поприще Г. Парланд проявил себя как талантливый исследователь и математик, специалист по междисциплинарным взаимодействиям, сторонник внедрения математических методов в различные научные теории и отрасли. Коллеги отзывались о нём как о «колоритной личности и бескомпромиссном ученом».

На протяжении всей своей жизни Герман Парланд не переставал интересоваться судьбой родного города и его историей. В 1979 г. на семинаре Норденшёльда в Эспоо он выступил с докладом на тему «Графические документы Выборгского замка и его окрестностей», где опубликовал старейшее изображение замка на карте Антония Вида 1542 г. Профессору Парланду удалось установить контакты с советскими учеными: в частности, он состоял в активной переписке с известным историком Игорем Павловичем Шаскольским. В своем письме Г. Парланду от 30 марта 1982 г. И.П. Шаскольский сообщал: «… было бы хорошо, если б Вы смогли такой же оттиск [доклада] послать в Выборгский музей… Музей собирается готовить экспозицию отдела по истории Выборга, но имеет очень мало экспонатов, музею очень нужны изображения Выборга и замка разных времен». С этого письма началось плотное сотрудничество Германа Парланда с Выборгским краеведческим музеем. С 1980-х г. на безвозмездной основе он занимался вопросами реставрации Выборгского замка. В 1991‒1992 гг. научные консультации профессора Г. Парланда, а также профессионального сообщества Финляндии помогли в деле спасения Райской башни Выборгского замка.

Начиная с памятной конференции, посвященной 700-летию Выборга, Герман Парланд регулярно принимал участие в больших научных мероприятиях музея. Тексты его докладов легли в основу статей «Об одной загадочной фазе Северной войны» и «Речная система Карельского перешейка в геологическом и историческом процессе», опубликованных в музейном сборнике «Страницы выборгской истории. Книга вторая». Также Г. Парланд оказывал большую исследовательскую и консультативную помощь сотрудникам музея, содействовал созданию выставок «Шведский Выборг» и «Выборг в составе независимой Финляндии». В январе 2017 г., ко дню столетнего юбилея Германа Парланда, сотрудники Выборгского музея-заповедника подготовили небольшую выставку о его судьбе и направили поздравительную телеграмму юбиляру. Герман Парланд умер в Хельсинки 12 июня 2019 г. на 103 году жизни.

 

Мельнов А.В.

 

 

 

 

 

 

 

ФЕДОРОВ МИХАИЛ НИЛОВИЧ (р. 1949)

Художник, даритель

Вся жизнь Михаила Ниловича Федорова связана с Выборгом, куда его родители переехали вскоре после окончания войны. Правда, родился он в 1949 году Ленинграде, а вот свидетельство о рождении выписывали уже в Выборге. В семье у него не было художников – только, разве что, прадед, работавший в артели. Художественный талант проявился у старшего брата Михаила, Александра Ниловича, замечательного фотохудожника, чьи городские пейзажи Выборга восхищают тонкой игрой светотени. Трудно поверить, что такое возможно с советской-то старой фотопленкой. Совсем недавно Выборгский музей-заповедник выпустил в свет каталог выставки «Фотографическая память», в котором представлены многие работы А.Н. Федорова.

Читать далее

«Некоторые говорят, как себя помню – рисую, а я вот не помню, как стал рисовать», – вспоминает Михаил Нилович. В 1963 году он, тогда ученик шестого класса,  с друзьями попал в изостудию Николая Семеновича Соколова, располагавшуюся на Красной площади – и стал одним из лучших учеников этого известного выборгского художника, фактически создавшего в советском Выборге художественную школу. Самым ярким впечатлением от первого посещения студии стал висевший в ней огромный холст на калевальский сюжет: удивление и радость от увиденного были настолько сильны, что тема «Калевалы» стала на долгие годы одной из важнейших в творчестве М.Н. Федорова. «Калевалу» он прочитал тогда же, в годы учебы у Соколова, а впоследствии собрал целую коллекцию изданий карело-финского эпоса. Часть этих книг М.Н. Федоров передал позднее в музейные собрания ВКМ и Приморского краеведческого музея.

Студия Н.С. Соколова не была детской художественной школой, в ней одновременно занимались и школьники, и взрослые люди. Как вспоминает Михаил Нилович, у наставника изостудии «были какие-то флюиды, он действовал так, что я хотел работать». Вероятно, Николай Семенович был к ученикам и требователен, и иногда раздражителен, но если он чувствовал в своем подопечном любовь к живописи и талант, он деликатно и ненавязчиво помогал, учил юных художников видеть. Многие ученики Соколова легко справлялись с вступительными экзаменами в художественные училища.

Закончив школу, М.Н. Федоров решил продолжить учебу в Художественном училище им. В.А. Серова (ныне – Санкт-Петербургское художественное училище им. Н.К. Рериха), но не поступил. По совету одного ленинградского художника, увидевшего рисунки Михаила, он закончил подготовительные курсы в Ленинградское высшее художественно-промышленное училище им. В. И. Мухиной и поступил «влет», хотя конкурс в тот год составлял семь человек на место. Учился на факультете промышленного дизайна (закончил его в 1974 году).

Получив профессию, М.Н. Федоров должен был отслужить в рядах советской армии. За это время он, сопровождая венные грузы, объездил всю страну. Получилась своего рода «ознакомительная поездка»: служба, конечно, не прогулка, но новых впечатлений была масса. После армии некоторое время работал главным художником трамвайно-троллейбусного управления Ленинграда – рисовал агитационные плакаты и листовки. Затем вернулся в Выборг и стал работать проектировщиком  на заводе «Пирс», производившем сварочное, гидравлическое и пневматическое оборудование. И, когда выдавался свободный день, уезжал в Ленинград, в Эрмитаж, чтобы копировать картины старых мастеров. Это казалось увлекательным: самому перенять у великих художников секреты их мастерства. Но в этом была и опасность – можно так и не стать самостоятельным художником, убить в себе творческую фантазию. В Михаиле Ниловиче и сейчас сильно художественное любопытство. Он пробует новые для себя техники и приемы, словно испытывает себя: смогу ли?

С завода М.Н. Федоров ушел в выборгский Интерклуб моряков, на должность оформителя. Так в его творчестве появилась еще одна большая тема: Сайменский канал. В это время он пишет серию портретов моряков, с которыми довелось познакомиться и подружиться в Интерклубе. Многие портреты разлетелись из Выборга по свету: в Данию, Германию, Исландию, Швецию. Тогда, на рубеже 1970–1980-х годов у него появилось немало знакомых в разных странах мира, но особенный интерес художника был связан, прежде всего, с Индией.

В 1982 году отмечалось столетие тамильского поэта Субраманьи Баради. В СССР под эгидой Юнеско был объявлен творческий конкурс работ, посвященных этому юбилею, и Михаил Федоров стал в этом конкурсе победителем.  От самой Индиры Ганди он получил приглашение приехать в Индию, но в тогдашних условиях воспользоваться приглашением было практически невозможно. Поездки не случилось. Но в тот год он несколько раз присутствовал на концертах, где исполнялись традиционные индийские танцы. Сильнейшее впечатление на художника произвел танцевальный язык Индии, в котором малейший жест, каждая поза наполнены конкретным смыслом. В современном Выборге Михаил Федоров, возможно, единственный человек, понимающий абхинайя – язык традиционного индийского танца. Большая серия рисунков, изображающих мудры – положения пальцев рук в танце – одна из самых захватывающих в творчестве М.Н. Федорова.

Но главным для него, все же, остается пейзаж. Он пишет виды Выборга и его окрестностей, пейзажи Финляндии. Масло, пастель, карандашная техника, тушь, акварель – Михаил Федоров уверенно владеет различными техниками. Он любит яркие чистые цвета и приглушенный темный колорит, любит образы птиц и цветов.

К нынешнему времени состоялось более 70 его персональных выставок. Самая первая была в 1975 году. Он выставлялся в Москве и Ленинграде, Хельсинки и Лаппеенранте, Котке и Иматре. И, конечно, много раз – в Выборге. В залах Выборгского краеведческого музея работы Михаила Ниловича вставлялись много раз, начиная с середины 1980-х. Первым человеком, с которым он начал сотрудничать в музее, была ученый секретарь ВКМ Н.И. Золочевская, посвятившая творчеству М.Н. Федорова одну из первых статей.  С тех пор были выставки и персональные, и коллективные, в рамках Ассоциации выборгских художников, которую М.Н. Федоров в 1990-х годах возглавлял. Михаил Нилович уже так хорошо знает музейные залы, что сам, без помощи сотрудников музея, может заниматься оформлением.

Есть у сотрудничества М.Н. Федорова с музеем в замке и еще одна важная сторона. Он – один из самых верных музейных дарителей. Свыше 450 (!) предметов попало в музейные фонды от Михаила Ниловича. Это плакаты и афиши, книги, документы, предметы была переселенцев, предметы этнографии, найденные при ремонте старых финских домов, на фундаментах разрушенных зданий: Михаил Нилович сам изучает историю выборгской земли, но считает, что такие вещи должны быть в музейном собрании. Есть в художественной коллекции музея несколько работ и самого художника, в том числе картина «Вяйнямёйнен и Айно», иллюстрирующая самый лиричный сюжет «Калевалы». Последняя по времени персональная выставка Михаила Федорова в Выборгском музее-заповеднике состоялась в 2018 году.

 

Мошник Ю.И.

 

 

 

 

 

 

 

ВЯЧЕСЛАВ АЛЬБЕРТОВИЧ ТЮЛЕНЕВ (1947 — 02.08.1996)

Археолог, начальник Выборгской археологической экспедиции

Вячеслав Альбертович — одна из самых загадочных фигур в истории музея. С ним в музей всерьез и надолго пришла наука.  Вячеслав Тюленев знаменует собой новую эпоху археологических исследований Выборга, хронологически растянувшуюся  с 1974 г.  до самой смерти исследователя в 1996 г. О жизни археолога известно крайне мало. До 1970 г. он служит офицером-подводником. В 1971 г. поступает на кафедру археологии в Ленинградский Государственный Университет. С 1972 г. участвует в  работе Северо-Западной экспедиции ЛГУ. Окончив университет в 1976 г., поступает на работу в институт «Спецпроектреставрация», где проработает до 1980 г.

Читать далее

Первые его раскопки в Выборге проходили летом 1974 г. Объектом изучения была башня Ратуши. Вероятно, этот первый опыт работы в Выборге предопределил судьбу исследователя – вся дальнейшая жизнь Вячеслава Альбертовича была посвящена постижению тайн древнего города.

Первый период исследования Выборга (лето 1974 — 1980 гг.) был, в основном, связан с решением архитектурно-реставрационных задач. Предметом научного интереса археолога было изучение городских укреплений XV-XVI вв., анализ характера застройки средневекового города. Исследования со временем переросли в серию крупномасштабных археологических раскопок с самостоятельным научным интересом. В 1978 г. раскопки велись на территории Рыночной площади. Результатом их стало воплощение оригинального проекта реконструкции стены в каменном мощении Рыночной площади совместно с Виктором Васильевичем Дмитриевым – автором проекта.

С 1979 по 1984 гг. Вячеслав Альбертович исследовал Замковый остров.

В июле 1980 г. он поступил на работу в Ленинградское отделение Института археологии АН СССР (ныне ИИМК РАН) старшим лаборантом группы новостроечных экспедиций, в том же году он возглавил Выборгскую археологическую экспедицию института. Акценты в деятельности несколько сместились в сторону охраны памятников. Это была деятельность, объединявшая институт, музей и общество охраны памятников.

По мере того, как исследования Замкового острова набирали масштаб, фонды музея пополнялись новыми и новыми находками, рассказывающими о первых этапах строительства замка и о периоде, предшествующем шведскому. Это было время научных открытий. Тюленеву удалось обнаружить карельские предметы – фибулы, подвески; новгородские цилиндрические замки, наконечники стрел, топоры. Глаза исследователя горели, а научные теории находили подтверждение в находках.

Из особенно редких предметов можно отметить находку раковины – каури, которые в средневековье использовались как денежные единицы. Самой впечатляющей находкой стало обнаружение согнутого пополам меча «Гицелин», датируемого сер. XII – XIII вв. На клинке сохранилась надпись «GICELIN ME FECIT», дословно означающая «Меня сделал Гицелин». Незадолго до этого подобный клинок был обнаружен при раскопках Московского Кремля.

Очень жаль, что так и не была реализована идея, высказанная Тюленевым о консервации фундаментов, вскрытых в ходе археологических раскопок на «Кузнечном дворике». Он предлагал, по опыту европейских стран, укрыть их надежным прозрачным куполом, чтобы оставить конструкции обозримыми. Идея не получила поддержки дирекции музея, и фундаменты впоследствии были закопаны.

Вячеслав Альбертович продолжил археологическое изучение города – он обследовал Кафедральный собор (где также была найдена карельская фибула), проводил охранные раскопки на территории старого города. В мае 1982 г. исследователь успешно защитил диссертацию  «Каменные оборонительные сооружения Выборга XIII – XVI вв.». В январе 1983 г. он перевелся в постоянный штат Ленинградского отделения института археологии на должность младшего научного сотрудника сектора славяно-финской археологии, где и проработал до конца. Исследователь публиковал множество статей в периодической печати, участвовал в научных конференциях, писал статьи для иностранных изданий, активно расширял свой круг знакомств (в который со временем вошли такие исследователи, как Г. Парланд, А. Н. Кирпичников, И. П. Шаскольский и многие другие авторитетные ученые того времени). Результаты своих трудов он опубликовал в книге «Изучение старого Выборга».  

В то же время, Вячеслав Альбертович очень плотно работал с музеем: вовремя сдавал находки, охотно консультировал сотрудников по вопросам археологии города, Замкового острова, атрибуции и датированию предметов. Также он выступал в качестве консультанта музея при создании выставки «Выборг средневековый» в 1988 г.

Ангелина Алексеевна Прокопенко, в то время научный сотрудник отдела истории и революционного прошлого, вспоминает, что исследователь регулярно приглашал сотрудников музея на тематические конференции, круглые столы. Таким образом, и сотрудники музея «обрастали» новыми знаниями, знакомились с научными тенденциями и устанавливали научные контакты. А однажды Вячеслав Альбертович организовал поездку по крепостям Северо-Запада. Пригласил с собой сотрудников музея, Виктора Васильевича Дмитриева и других людей из общего круга интересов. В том числе, в поездке участвовал и известный археолог А.Н. Кирпичников. Участники посещали Копорье и Старую Ладогу в то время, когда там велись археологические исследования. Ангелина Алексеевна отмечает, что было очень интересно наблюдать за ходом работ, а Тюленев и Кирпичников давали комментарии предметам, только что поднятым из раскопов. От поездки осталось очень яркое впечатление.

В последнее десятилетие Вячеслав Альбертович обособился от музея и активно занялся подводными исследованиями. Он говорил: «На дне нашего залива – вся история флота, начиная от викингов, и заканчивая последней войной». Вячеслав Альбертович видел огромный потенциал в обследовании залива, он мечтал об открытии музея подводной археологии на Смоляном мысу. В 1983 г. он входит в состав Всесоюзного координационного сообщества по подводной археологии. В короткий срок он налаживает международное сотрудничество в области подводной археологии. С 1989 г. в составе экспедиции работают специалисты из Швеции, Италии, США. В Выборге он создает Морской центр, который занимается подводными исследованиями и вопросами реставрации подводного наследия. В 1995 г. в качестве заместителя председателя по морской археологии Вячеслав Альбертович вошел в состав Научного совета, образованного при Президиуме Санкт-Петербургского научного центра, координирующего историко-археологические исследования на территории Санкт – Петербурга, Ленинградской области и Финского залива.

Уже в рамках подводных исследований, за которые Вячеслав Альбертович взялся с азартом, он начал сотрудничать с итальянскими специалистами. К тому времени в Италии уже накопился значительный опыт в исследованиях такого рода, в то время, как Вячеслав Тюленев и его поколение подводных исследователей были первопроходцами. Это был второй год совместных исследований акватории залива при помощи итальянских подводников-волонтеров. Однако Вячеслав Альбертович столкнулся с рядом трудноразрешимых задач по согласованию выхода в море и последние дни своей жизни пытался их разрешить.

Исследователь, посвятивший всю свою профессиональную жизнь Выборгу, умер за рабочим местом  в возрасте 48 лет.

Имя Вячеслава Тюленева на слуху. Он открыл выборжанам «карельское» прошлое Выборга и оставил после себя огромный вклад в систему знаний об истории развития города и замка. Он хотел познать тайны Выборга и вширь и вглубь. Его личная жизнь при этом осталась за скобками.

Очевидно, это была любовь. Очень большая любовь к Выборгу.

 

Иванова М.С.

 

 

 

 

 

 

 

 

САКСА АЛЕКСАНДР ИВАНОВИЧ (р. 11.08.1951)

Археолог, доктор наук, начальник Выборгской археологической экспедиции

Последние два десятилетия принесли нам каскад научных открытий, касающихся средневекового Выборга. Всем этим мы обязаны Александру Ивановичу Сакса. Родился будущий исследователь 11 августа 1951 г. в г. Петрозаводске Карельской АССР. Родители Александра Ивановича — ингерманландские финны, родом из дер. Горки в Губаницком сельском поселении Волосовского района Ленинградской области. Обстоятельства военного времени не позволяли родителям остаться в деревне, и только в 1956 году семья возвращается в родные места. Дома говорили по-фински. Отец Иван Анисимович был плотником, а мама, Айно Ивановна – домохозяйкой. Согласно семейной легенде, в начале XX в. прадед Александра Ивановича (по материнской линии) работал в Выборге кузнецом (все мужчины в ее роду были кузнецами).

Читать далее

В начальных классах Александр Иванович учился в родной деревне, позже – в дер. Торосово (известной своей усадьбой Врангеля), заканчивал школу в г. Волосово. Александр Иванович вспоминает, что он рос в окружении преподавателей гуманитарных дисциплин. Возможно, именно это окружение и предопределило дальнейшую судьбу ученого.

Окончив школу в 1969 г., Александр Иванович попробовал поступить в Горный институт. После год проработал в Торосовском совхозе. С 1970 г. три года служил на Балтийском флоте, а в 1972 г. поступил на рабфак ЛГУ. Через год интенсивной подготовки он был зачислен в ЛГУ на исторический факультет, на кафедру археологии. Там Александр Иванович и увлекся славянской и норманнской тематикой, а диплом защитил по материалам карельских средневековых могильников. Отучившись в 1978 г. поступил в аспирантуру, в 1984 году защитил кандидатскую диссертацию «Карельская земля в XII–XIV вв. (по археологическим данным)». Научным руководителем был доктор исторических наук Анатолий Николаевич Кирпичников. По окончании аспирантуры Александр Иванович был принят в Ленинградский отдел института археологии Академии наук (с 1991 г. ИИМК РАН) в славяно-финский сектор.

С 1975 г. Александр Иванович работал с А.Н. Кирпичниковым в Карелии. Тема древней Корелы очень увлекла исследователя, и знание финского языка (бережно хранившееся в семейном кругу) значительно упрощало «знакомство» с финскими разработками и источниками, а позже помогло и в налаживании рабочих контактов.
Уже в конце 70-х Александр Иванович познакомился с ведущими финскими учеными в рамках интенсивного советско-финского сотрудничества по археологии. Сакса выполнял функцию секретаря рабочей группы, председателем и сопредседателем которой с советской стороны выступали руководитель ЛОИА АН СССР академик Б.А. Рыбаков и А.Н. Кирпичников, с финской стороны – профессор кафедры археологии университета Хельсинки Карл Мейнандер. В рабочей группе также активно принимали участие ведущие специалисты из Прибалтики.

Александр Иванович отмечает, что в эти времена специалисты по исследованию финских древностей Северо-Запада СССР, помимо прочего, принимали активное участие в проектах с участием советских и финских этнографов, фольклористов и филологов для организации Ассоциации финно-угроведов Санкт-Петербурга – в продолжение традиций Санкт-Петербургской Академии Наук. Уже в 1978 г. Александр Иванович начал проводить самостоятельные раскопки. Раскопки велись в Карелии, на Карельском перешейке, Северо-Западном Приладожье.

В Выборг Александр Иванович приходит в 1998 г. – через два года после безвременной гибели друга и коллеги Вячеслава Альбертовича Тюленева. Приходит надолго, открывая следующий этап археологических открытий и обобщений, который продолжается по сей день.

За два десятилетия было обследовано множество строений в исторической части города, а также такие знаковые объекты как Башня Ратуши, «Гильдейский дом» (по адресу ул. Выборгская 8), Кафедральный собор и, конечно же, жемчужина города – Выборгский замок. Городские исследования позволили обобщить характер застройки и методы освоения территории города в период его развития. Коллекция фондов музея, пополнилась находками – разнообразными элементами декора, предметами быта, характеризующими жизнь многонационального и многоконфессионального Выборга XV- нач. XX вв.

В 2007 г. Александр Иванович защитил докторскую диссертацию на тему «Древняя Карелия во второй половине I – нач. II тыс. н. э. Происхождение, история и культура населения летописной Карельской земли». На сегодняшний день Александр Иванович Сакса – ведущий научный сотрудник Отдела славяно-финской археологии ИИМК РАН, член рабочей группы по сотрудничеству между Россией и Финляндией в области археологии, член ученого и диссертационного советов ИИМК РАН. Один из ведущих археологов России, Александр Иванович активно сотрудничает с целым рядом зарубежных организаций: Финским археологическим обществом, Финским литературным обществом, Финским обществом изучения церковной истории, обществом «Калевала» (Финляндия).

Александр Иванович вырастил и привел в Выборг новое поколение археологов. Сегодня археологические исследования самостоятельно ведут уже его ученики – Александр Михайлович Смирнов (заместитель директора Выборгского объединенного музея-заповедника; младший научный сотрудник отдела охранной археологии ИИМК РАН), и Станислав Викторович Бельский (старший научный сотрудник, кандидат исторических наук отдела археологии МАЭ РАН).

В ближайшее время доктор наук пополнит коллектив научных сотрудников Выборгского объединенного музея-заповедника, чтобы продолжать заниматься любимым делом.
 

Иванова М.С.

 

 

 

 

 

 

 

НИКИТИНА МАРИЯ АЛЕКСАНДРОВНА (р. 1926 г.)

Музейный смотритель, участница Выборгской наступательной операции 1944 г.

Главные качества музейного смотрителя можно выразить через три «В»: вежливость, внимательность, выдержка. Смотритель, или, как раньше называлась эта профессия, «служитель», отвечает за порядок в зале и сохранность музейных предметов, стараясь не помешать посетителям знакомиться с экспозицией. В отличие от экскурсоводов, смотрители, чаще всего, не рассказывают посетителям об экспонатах. У них другие задачи. Но бывают и исключения – когда комментарии смотрителя могут быть ценнее любого экскурсионного рассказа. Таким необычным служителем в ВКМ была Мария Александровна Никитина.

Читать далее

В музей Мария Александровна пришла весной 1970 года. В том же году в ВКМ открылись первые экспозиции, в том числе зал «Наш край в годы Второй мировой войны». Получилось так, что с самого начала – и на протяжении двадцати восьми лет – смотрителем в военном зале трудилась непосредственная участница событий, которым  посвящена экспозиция.  

Девичья фамилия Марии Александровны – Букина. Она родилась 18 февраля 1926 года в Боровичском районе Новгородской области, в селе Сутоко-Рядок, где в наши дни проживает не больше 40 человек. Когда началась война, ей было всего 15. Она успела к тому времени закончить 6 классов местной школы. Вместо учебы пришлось пойти работать на колхозных полях. а затем –  на торфоразработки: «Нас было пять девчонок от колхоза, и они сбежали, а я осталась. Тогда было строго: если опоздаешь на 10 минут – год дадут, уйдешь – пять лет. Работа эта была каторгой, и я подумала – уж лучше на фронт, и тоже решила сбежать. И я это сделала: спряталась в туалете поезда и доехала до Боровичей. Это было в мае 44-го года», вспоминает Мария Александровна. На железнодорожной станции она увидела состав, направлявшийся в сторону Ленинграда, и упросила одного из сопровождавших эшелон офицеров взять ее в поезд, на фронт.

Так она оказалась в механизированном прачечном отряде, состоявшем из 250 солдат и женского вольнонаемного подразделения (прачек, гладильщиц, комплектовщиц). Мария Александровна вспоминает, что не сразу поняла, куда направляется поезд и в какое подразделение она попала. Про то, что она будет трудится в военной прачечной, догадалась только когда поезд прибыл в Ленинград, и солдаты начали выгружать большие плиты мыла и бочки с щелоком. В походной механизированной прачечной были котлы, дезинфекционные камеры, центрифуги для отжима, машины для стирки и глажки белья.

Сбегая на фронт, восемнадцатилетняя Маша Букнина позабыла взять с собой документы. Пришлось срочно оформлять паспорт, и в спешке ей записали неверную дату рождения. Исправила она эту ошибку только после войны.

Очень скоро Марии Александровне довелось оказаться совсем рядом с передовой. 9 июня 1944 года началась Выборгская наступательная операция, и механизированный прачечный отряд двинулся вслед за частями 23-й армии. В конце июня, когда Выборг уже был взят, М.А. Никитина впервые увидела город, с которым окажется связана вся ее дальнейшая жизнь.  Несмотря на разрушенные огнем дома и выбитые стекла, Выборг ей понравился. В первый день здесь она попыталась купить в военторге обувь – ей давно уже приходилось ходить в самодельных сапогах, сшитых из шинельной ткани. Обуви не нашла, зато купила в качестве сладкого таблетки аскорбиновой кислоты – и съела целую упаковку.

После взятия Выборга механизированный прачечный отряд, размещенный на Смоляном мысу, так и осталась здесь: в городе было много воинских частей, и прачечная была необходима. Однажды Марии Александровне сообщили, что ее ищут: оказалось, что в Выборгском госпитале на лечении находился ее брат. Они успели повидаться, а на следующий день после встречи его отправили обратно на фронт.

Когда закончилась война, Мария Александровна осталась в Выборге. Вышла здесь замуж за Григория Александровича Никитина, работала до 1950 года в ГБПДП – гарнизонном банно-прачечно-дезинфекционном пункте.  Затем поступила на работу в пекарню одной из расположенных в городе воинских частей, шесть лет выпекала хлеб. В 1967 г.  стала работать официанткой в санатории МВД в Выборгском районе.  И, наконец, в 1970 году пришла в Выборгский краеведческий музей.

Зал «Наш край в годы Второй мировой войны» в ВКМ всегда был сложным для работы. Сложным, прежде всего, эмоционально. М.А. Никитина знала судьбы всех героев, о которых рассказывала экспозиция, могла рассказать о каждом экспонате. И если видела, что посетитель задержался перед витриной, тихо вступала в беседу. Рассказывала о березе сержанта Алексея Соколова, о танковом экипаже старшего лейтенанта А. Харлова, погибшем в боях под Таммисуо, о парадной офицерской сабле генерал-полковника Д.Н. Гусева, с которой тот участвовал в Параде Победы 1945 года. Ее рассказ многим запоминался как главное впечатление от знакомства с музеем. Вероятно, поэтому у Марии Александровны было так много хороших знакомых, с которыми она познакомилась в «своем» зале. Ее корреспондентами были жители самых разных российских городов и Финляндии.

В фондах Выборгского музея-заповедника имеется несколько десятков предметов, переданных ММ.А. Никитиной: это документы, поздравительные открытки и приглашения (как правило, связанные с юбилеями Победы), пластинки, купленные в выборгском канцелярском магазине счеты, при помощи которых она подсчитывала количество посетителей военного зала. И несколько предметов, привезенных Марией Александровной из родного дома: льняная кудель, веретено и мутовка, сделанная руками ее отца, Александра Павловича. Мария Александровна и сама любит печь пироги – и не признает современных способов замешивания теста. Ей удобнее управляться мутовкой, которую в магазине не купишь – приходится делать самой.

И еще у М.А. Никитиной есть дело, которым она начала заниматься еще в годы работы в музее. Недалеко от ее дачного участка в Малиновке находится братское захоронение красноармейцев, погибших в финском лагере военнопленных. Вместе с петербурженкой Лидией Андреевной Смуневой (ныне покойной), супруги Никитины взяли «шефство» над могилой и добились в 1997 году установки небольшого памятника над ней. Для того, чтобы памятник признали и включили в реестр Марии Александровне пришлось годы обивать пороги различных кабинетов городской администрации, а когда памятник был готов, этим хлопотам добавилось противостояние с дачными соседями, которым братская могила мешала отдыхать на природе. Памятник удалось отстоять.

В настоящее время Мария Александровна Никитина – единственная участница Выборгской наступательно операции, проживающая в нашем городе. Крепкого ей здоровья и долгих лет!

 

Мошник Ю.И.

 

 

 

 

 

 

 

 

НЕДВИГА ЛАРИСА ГРИГОРЬЕВНА (р. 1949)

Научный сотрудник музея, исследователь литературы Серебряного века, хранитель фондов

Как причудливо иногда складывается человеческая жизнь. Властны или не властны мы в своей судьбе? Всегда ли умеем угадать те знаки, которые нам даются, и принять верные решения?

Сейчас Лариса Григорьевна Недвига живет в Санкт-Петербурге и работает в Российской национальной библиотеке (РНБ). Ее жизнь протекает в окружении любимых людей и любимых книг:

 

Неустанных исканий залог,

Радость каждого нового сдвига,

Указанье грядущих дорог –

Это – книга. Да здравствует книга!

 

Читать далее

«Указанье грядущих дорог»

Родилась Лариса Григорьевна (в девичестве Доценко) 1 июня 1949 г. в городе Мелитополе Запорожской области (Украина). Школьное образование получила двухступенчатое: после окончания основной школы поступила учиться в русскоязычную школу старшей ступени, в которой преподавался украинский язык. Вообще, в школьные годы большое влияние на становление личности будущего филолога оказал заслуженный учитель УССР Юрий Алексеевич Лопаткин, который преподавал русский язык и литературу. Делал он это так увлекательно и ярко, что его ученики словно наяву совершали путешествия в литературные музеи, любовались природой, сопереживали героям, страдали и радовались вместе с ними. В общем, выбор профессии для Ларисы Григорьевны был предопределен. Но путь оказался довольно тернист.

После окончания школы Лариса Григорьевна около года проработала на мелитопольской фабрике «Индпошива и ремонта одежды» мастером женского платья – тогда считалось правильным для девочки получить практические жизненные навыки – и только после этого уехала в 1967 г. поступать в Ленинград, в ЛГУ им. А.А. Жданова, на «русское отделение» филологического факультета. Несмотря на то, что школу Лариса Григорьевна окончила с серебряной медалью, поступить очно ей не удалось, и первые два курса она училась на вечернем отделении, подрабатывая ради прописки в городе в самых разных местах – то санитаркой в больнице, то стрелком в отделе охраны. На третьем курсе за отличные успехи в учебе Лариса Григорьевна была переведена на дневную форму обучения. Учиться было невероятно интересно! Одно только перечисление имен преподавательского состава повергнет в душевный трепет литературоведов и любителей российской словесности.

Например, руководителем одного из спецкурсов у Ларисы Григорьевны был Георгий Пантелеймонович Макогоненко (1912-1986) – профессор кафедры русской литературы, блистательный лектор, ученик Чуковского, сокурсник Лотмана, заведующий сценарным отделом киностудии «Ленфильм», но прежде всего, выдающийся ученый-пушкинист, автор монографий о Радищеве, Фонвизине, Новикове, автор многих десятков капитальных трудов, которые навсегда остались в истории русской литературы XVIII – нач. XIX вв.

Студенческую практику Лариса Григорьевна проходила в пушкинском заповеднике «Болдино». В то время директором заповедника была Юдифь Израилевна Левина (1918-2009) – сотрудник Пушкинского Дома. Ее подвижническая деятельность в заповеднике сравнима с известным всем С.С. Гейченко. Наконец, одним из преподавателей была Людмила Александровна Иезуитова (1931-2008) – замечательный ученый, специалист по творчеству Леонида Андреева (1871-1919).  

И последний пример, чтобы не утомить читателей своим восторгом. Знак судьбы.

Когда Лариса Григорьевна еще училась в университете, ей довелось повстречаться с сыном писателя Леонида Андреева Вадимом. Имя Леонида Андреева, как и многих других из плеяды творцов литературы Серебряного века, тогда было под полузапретом. Тем не менее, Вадим Андреев приехал в 1971 г. в Ленинград из Женевы, чтобы отметить 100-летие со дня рождения писателя. Во время встречи со студентами он не только рассказал им об отце, но даже отвез на Карельский перешеек показать родные места.

 «Радость каждого нового сдвига»

В 1974 г. Лариса Григорьевна завершила свое университетское образование. После окончания университета молодому филологу-русисту несказанно повезло – она была принята на работу в Государственную Ордена Трудового Красного Знамени библиотеку им. М.Е. Салтыкова-Щедрина (РНБ) библиотекарем! Но поработать в знаменитой «публичке» удалось недолго. По семейным обстоятельствам Лариса Григорьевна, вышедшая к тому времени замуж и родившая сына Егора, в 1978 г. переезжает в Выборг. В городской библиотеке вакансий не было, поэтому молодой специалист поступает на работу в краеведческий музей на должность экскурсовода.

В конце 1970-х Выборг переживал экскурсионно-туристический бум, сравнимый с современным. Чтобы представить себе, какая нагрузка в то время была на экскурсоводов, напомним, что за период с 1974 по 1978 гг. в музее открылись одна за другой несколько масштабных экспозиций. Число посетителей, в связи с этим, возросло на десятки тысяч человек (для сравнения: в 1976 г. – 118 092 чел., в 1978 г. – 191 990 чел.). В 1978 г. заработал турмаршрут по Сайменскому каналу, по железной дороге в город прибывали так называемые «туристические поезда», экскурсанты из которых из разных городов страны (Москвы, Тернополя и др.) в обязательном порядке посещали Выборгский замок. Работы было невпроворот. Как раз к этому времени в музее, наконец-то, был создан полноценный экскурсионно-массовый отдел, и все его сотрудники трудились, не покладая голов и рук. В обязанности каждого входила не только колоссальная нагрузка в рамках должностных инструкций, но и общественная работа. Лариса Григорьевна становится во главе местной ячейки Общества книголюбов, также избирается заседателем народного суда. Любимые ею занятия литературой выносятся на уровень «социалистических обязательств» – так она приступает к изучению темы «Максим Горький на Карельском перешейке» и затем, в более широком контексте, «Деятели литературы и искусства на Карельском перешейке».

В научной деятельности Лариса Григорьевна проявляет себя как совсем «некабинетный» исследователь: она выезжает в ставший за годы учебы в университете родным Пушкинский Дом, выбирается даже в Москву (при маленьком ребенке в семье), в ИМЛИ АН СССР, работает в архивах, посещает с экспедицией Горьковское, где знакомится с местными жителями, проводит фотофиксацию, собирает доступный материал, по результатам громадной работы делает временную выставку «М.Горький в Мустамяках», которая в дальнейшем будет расширена и оформлена с помощью выборгского художника Михаила Федорова в виде передвижной выставки «Максим Горький на Карельском перешейке». Эта выставка долго еще потом работала по библиотекам и школам Выборгского района. В фондах музея формируется «горьковская коллекция», в которой можно выделить не только различные фотоматериалы, прижизненные издания трудов писателя, но и такие, несколько экзотичные для современного человека вещи, как посмертная маска Горького и слепок его руки (работы Меркурова С.Д.).

«Неустанных исканий залог»

Что происходит дальше? Срабатывает обаяние личности Горького? Или начинает действовать харизма Леонида Андреева? – «Счастлив ты, Алексей, черт тебя возьми!  Всегда около тебя какие-то удивительно интересные люди…» – заметил однажды Андреев. Андреев и сам был из числа «удивительно интересных людей». Все 1980-е гг. Лариса Григорьевна, «не оставляя» Горького, усиленно занимается жизнью и творчеством Леонида Андреева. Возможностей для этого стало больше, так как после рождения дочери в 1984 г. она, вернувшись на работу, переходит в отдел фондов, где принимает на хранение коллекцию редкой книги и несколько других «в нагрузку». Возвращаясь к Андрееву, уместно вспомнить, что еще Чуковский отмечал талант Андреева, «влекущийся к грандиозным, преувеличенным формам», и что «гиперболическому стилю его книг соответствовал гиперболический стиль его жизни». Увлеченная «грандиозностью» Андреева, Лариса Григорьевна восстанавливает институтские связи с Людмилой Александровной Иезуитовой, связывается с профильными музеями, заводит переписку с родственниками писателя. В этой работе ей активно помогает ученый секретарь музея Ангелина Алексеевна Прокопенко. Результатом коллективных «неустанных исканий» становятся грандиозные проекты Выборгского краеведческого музея: в 1994 г. в Выставочном зале открывается большая выставка «Памяти Леонида Андреева. К 75-летию со дня смерти», в составе экспонатов которой демонстрируются переданные в музей вещи из семьи Александра Вагина – внучатого племянника писателя, подлинный альбом архитектора Андрея Оля с эскизами дачи Андреева на Черной речке, макет самой дачи, выполненный отцом Вагина Серафимом Петровичем. Среди прочего – уникальный альбом фотографий Леонида Андреева, присланный из Англии Ричардом Дэвисом, директором Русского архива университета г. Лидса. И многое, многое другое. В создании этой выставки принимали участие несколько музеев из Москвы и Санкт-Петербурга, она стала значительным событием в жизни нашего города. После Выборга эта выставка потом демонстрировалась в Музее Достоевского в Санкт-Петербурге.  В том же году в Выборгском замке проводятся «Андреевские чтения», в рамках которых сотрудники музея и приехавшие на конференцию ученые-андрееведы совершают путешествие по выборгским шхерам, которые Андреев когда-то отчаянно и нежно любил. Через два года, в 1996 г. в Выборге проходит один из дней международной конференции «Леонид Андреев и мировая культура», где Лариса Григорьевна и Ангелина Алексеевна Прокопенко выступают с докладами. 

«Это – книга. Да здравствует книга!»

И тут в течение прекрасной жизни вмешивается Судьба. После череды трагических событий, в 1997 г. Лариса Григорьевна увольняется из музея. И в этот сложный жизненный период книги – «отраженье исчезнувших лет, / облегченье житейского ига» – книги вновь спасают ее. По совместительству с новой (тягостной и вынужденной для нее) работой Ларису Григорьевну принимают в ГИАПМЗ «Парк Монрепо» хранителем фонда редкой книги. С наслаждением она отдается этому занятию – составляет научные описания старинных изданий, делает коллекционные описи, отправляет раритетные книги XVIII в. на реставрацию – с согласия тогдашнего директора музея-заповедника Евгения Ивановича Труфанова на эти цели тратятся беспрецедентные средства из бюджета учреждения.

В 2007 г., когда дети выросли, семья принимает решение переехать в Санкт-Петербург. Спираль жизни сделала свой виток: Лариса Григорьевна Недвига

живет в Санкт-Петербурге и работает в Российской национальной библиотеке. Дочь ее – молодая актриса Анастасия Недвига, начав свой творческий путь в ТЮЗ-е, сейчас занята в антрепризах, а сын Егор Недвига – по профессии оператор, известен также как бэк-вокалист и бас-гитарист культовой выборгской группы «ПТВТ» («Последние танки в Париже»).

P.S.: В качестве канвы очерка выступает стихотворение Т.Л. Щепкиной-Куперник (1874-1952)

На снимке: Л.Г. Недвига первая справа (в центре – Валентина Моисеевна Лубкова, ученый секретарь музея, слева – методист Людмила Федоровна Белюшина).

 

Волкова Л.Г.

 

 

 

БОЛЬШАКОВЫ ГАЛИНА ИВАНОВНА

И ЮРИЙ ФЕДОРОВИЧ

Музейная семья

В январе 1991 г. в Выборгский краеведческий музей пришла Галина Ивановна Суханова, тремя месяцами ранее защитившая в Ленинградском педагогическом институте кандидатскую диссертацию. В истории ВКМ это был первый случай, когда в музейном штате появился профильный специалист с ученой степенью. Сейчас, годы спустя, Галина Ивановна Большакова – известный историк, доктор наук, профессор кафедры социального и естественнонаучного образования Выборгского филиала РГПУ им. А.И. Герцена, доцент, автор монографий и многочисленных научных статей, признанный специалист по истории переселенческой политики советского государства на Карельском перешейке в 1940–1960-е гг. Ее научный интерес к послевоенной истории выборгской земли сложился именно во время работы в Выборгском краеведческом музее.

Читать далее

Галина Ивановна родилась 5 января 1954 г. в Алтайском крае. Ее отец, Иван Егорович Суханов, работал водителем. Мама, Александра Борисовна, была домохозяйкой, а после смерти мужа пошла работать в детский сад воспитателем. В школе у Галины была много знающая и требовательная учительница истории, сумевшая привить ученикам интерес к своему предмету.

После окончания школы Галина Ивановна поехала учиться в Новокузнецк. В 1969 г. она поступила в музыкально-педагогическое училище №1 и в 1973 г. успешно его окончила. Руководство предложило выпускнице остаться в училище в качестве секретаря комсомольской организации и преподавателя обществоведения. Чтобы получить высшее педагогическое образование, в 1975 г. она поступила на исторический факультет Иркутского государственного университета, а после окончания учебы в нем Галину Ивановну пригласили в Новокузнецкий педагогический институт на должность ассистента кафедры. Работая в институте, она вела семинарские занятия по истории.

В 1982 г. в пединститут пришла «разнарядка» на учебу в аспирантурах: на выбор были предложены Томский государственный университет и Ленинградский государственный педагогический институт. Школа Томского университета считалась лучше, но Галина Ивановна выбрала Ленинград. Готовилась все лето, «подтягивала» немецкий – и поступила на первый курс очной аспирантуры. 18 октября 1990 г. защитила диссертацию на степень кандидата исторических наук.

Именно в это время в жизни Галины Ивановны возник Выборг. Сюда она переехала с мужем. И, поскольку в то время в городе существовал только один филиал высшего учебного заведения, да и тот был непрофильным для нее, устроилась на работу в музей.

Как вспоминает Галина Ивановна, в музее ее встретили сдержанно, устроив месячное испытание. За это время требовалось освоить готовые тексты экскурсий и «сдать» их методической комиссии, которую в ту пору возглавляла Лариса Аркадьевна Настич. В конце концов, она была зачислена штатным экскурсоводом. Со временем ей довелось освоить многие  музейные должности: от экскурсовода, методиста, старшего научного сотрудника до заведующего научно-просветительским отделом.

Будучи научным сотрудником, вместе с Виктором Степановичем Ядовым и Ангелиной Алексеевной Прокопенко, Галина Ивановна в 1994–1995 гг. участвовала в реэкспозиции зала «Наш край в годы Второй мировой войны». Среди экспонатов, представленных в этом зале и в наши дни, есть два, имеющих к Галине Ивановне самое непосредственное отношение и особенно для нее дорогие: это радиотарелка и самодельная кукла в большой витрине, где представлен Выборг 1941-го года, оставленный финскими жителями. Тут нужно сделать отступление, чтобы рассказать о, вероятно, главном, что произошло в жизни Галины Ивановны в годы работы в музее.

Выборгский замок стал тем местом, где Галина Ивановна (тогда еще Суханова) встретилась с Юрием Федоровичем Большаковым, который в то время работал в музее техником, а впоследствии – главным инженером. Юрий Федорович – один из немногих людей, родившихся и проведших детство в Выборгском замке. Он и его брат-близнец Валерий родился 8 декабря 1948 г. в семье подполковника Федора Ивановича Большакова и его супруги Александры Константиновны. Старшина Ф.И. Большаков в июле 1947 г. прибыл для продолжения службы в Выборг в батальон связи, дислоцировавшийся (следуя военной терминологии) в «Крепости–Замке». Семья Большаковых, потомственные военные, проживала в Замке наряду с другими 16-ю семьями военнослужащих. Жили аскетично, занимали две небольшие комнатки-каптерки, без света и отопления, расположенные в здании бывшей тюрьмы гражданского ведомства. В 1950 г., когда в семье было уже трое детей, им выделили две комнаты в третьем этаже того же здания.

Юрий и Валерий Большаковы окончили в 1966 г. среднюю школу №13 и в тот же год поступили в Ленинградское артиллерийское ордена Ленина Краснознаменное училище, преобразованное в 1968 г. в высшее. В 1969 г. Юрий окончил в нем полный курс по специальности «приборы управления». В дальнейшем у обоих братьев была служба в вооруженных силах: Юрий 25 лет отслужил в советской армии артиллеристом, Валерий – десантником.  В 1993 г. Юрий Федорович пришел на работу в Выборгский краеведческий музей и познакомился здесь с Галиной Ивановной, и вскоре они поженились.

Это была удивительно гармоничная и счастливая пара. И к этому нужно добавить, что для Галины Ивановны знакомство с семьей Большаковых и брак с Юрием Федоровичем оказались чем-то большим: семейная история мужа увлекла ее, натолкнула на мысль об изучении темы «Служба и быт на Замковом острове», которой до нее никто не занимался.

Это была одна из тем, которая по сей день входит в сферу научных интересов Галины Ивановны. А если сказать обобщенно, главным сюжетом ее исследований в 1990-е годы стала жизнь послевоенных выборжан, первых советских переселенцев, многие из которых в те годы были еще живы. Свыше двухсот интервью было взято у них Г.И. Большаковой. Параллельно Галина Ивановна работала по теме в архивах: ЛОГАВ, ЦГА СПб, ГАРФ. Забегая вперед скажем, что в сентябре 2010 г. Галина Ивановна защитила в РГПУ им. А.И. Герцена докторскую диссертацию по теме «Переселенческая политика Советского государства и ее реальное воплощение на Карельском перешейке 1940–1941, 1944–1960 гг.», материал для которой был собран, в значительной мере, в годы работы в музее. 

Один из сюжетов, которому посвящена диссертация – это послевоенная история выборгского трамвая. Он тоже «вырос» из общения с выборжанами старшего поколения. В 1995 г. вместе с ветеранами трамвайного депо Г.И. Большакова встречалась со шведским исследователем Пером Рикхеденом, книга которого о выборгском трамвае была опубликована на русском языке совсем недавно. В нее вошли некоторые материалы, переданные Г.И. Большаковой. А самая первая, небольшая по объему, книга о выборгском трамвае была написана именно Галиной Ивановной в 2006 г. – и ее презентация состоялась в библиотеке Аалто.

Вместе с Юрием Федоровичем, который во всем старался помогать жене, Галина Ивановна занималась собирательской работой. Они обходили город, лазали по чердакам. Однажды на крыше двухэтажного дома по ул. Парковая в Северном поселке нашли огромный сундук с приданым невесты, и Юрий Федорович сам на плечах донес его в Замок! Другой находкой была уже упомянутая радиотарелка, которую Галине Ивановне передал для музея один из жителей поселка Гвардейский. А Юрий Федорович привел её в порядок, так, что если ее включить  в сеть, то можно (правда, с большим трудом)  слушать послевоенную эпоху. А вот кукла, которая лежит в витрине военного зала, сшита руками Галины Ивановны для старшей дочери Ксении. Дочка сама пришила кукле волосы и нарисовала лицо с огромными глазами. Как вспоминает Галина Ивановна, девочка очень любила эту куклу и тяжело с ней расставалась.

Незадолго до своего ухода из музея, в 1998 г. Г.И. Большакова оформила выставку, посвященную быту переселенцев. Выставка была очень запоминающейся: там были орудия труда, посуда, предметы обихода – тот нехитрый скарб, который привозили на новые для них земли первые послевоенные выборжане. В углу зала Галина Ивановна разместила большую рисованную печь, придававшую выставке тепло жилого дома.

В 1999 г. Галина Ивановна Большакова ушла из музея, чтобы преподавать в вузе. В настоящее время место ее работы – выборгский филиал РГПУ им. А.И. Герцена. Но до сих пор, как сама она говорит, любимым местом Галины Ивановны остается «Замковый остров, Замок и всё что с ним происходит. Я горжусь, что имею счастье и возможность в любое время прийти сюда и вспоминать былое… Может быть поэтому я стараюсь часто приводить сюда на экскурсии своих студентов». Со своими студентами она мечтает о создании на базе Филиала экспозиции, посвященной выборгскому Учительскому институту, истории педагогического образования в Выборге. Пока это мечта, но она обязательно когда-нибудь сбудется.

 

 

Мошник Ю.И.

 

ВОХМЕНЦЕВ АНАТОЛИЙ ЯКОВЛЕВИЧ

(род. 19.06.1938)

История о том, как любовь к камню может привести к звездам

…Ведь, если звезды зажигают –

Значит – это кому-нибудь

Нужно?

(В. Маяковский)

 Анатолий Яковлевич родился в Челябинске в незаурядном семействе Вохменцевых. Его родители – папа (поэт) Яков Терентьевич и мама (учительница в школе для детей с ограниченными способностями) – Валентина Ивановна были родом из деревни Вохменка Курганской области. Когда-то все население этой деревни носило фамилию Вохменцевы. История поселения восходит корнями к временам Ивана Грозного. Передвигаясь из Европейской части России на Восток, переселенцы осели в Приуралье, основали деревню и назвали ее в честь родной реки Вохмы (приток р. Камы).

Читать далее

Дед Анатолия Яковлевича – Терентий Петрович Вохменцев – участник русско-японской войны нач. XX в. Он служил матросом в Кронштадте на броненосце «Пересвет», участвовал в Цусимском сражении и попал в плен. По окончании войны вернулся в Вохменку. Жил скромно и, все же, в советский период попал под политику раскулачивания. Семья была большая – у Терентия Петровича и его супруги было 8 детей.

Отец Анатолия Яковлевича – Яков Терентьевич – был известным на Урале поэтом, основателем отделения Союза писателей в Кургане (сегодня о нем напоминает именная табличка, установленная на фасаде дома, в котором он проживал). Был участником советско-японской войны 1938-1939 гг., участвовал в сражении на Халхин-Голе в качестве военного корреспондента и медика. После участвовал в советско-финляндской войне, а в Великую Отечественную сражался на Волховском фронте младшим  командиром.

Анатолий Яковлевич  ясно помнит первые голодные и холодные годы войны в Челябинске. В 1942 г., после того, как его тетя (также участница войны) была демобилизована, она приехала за ним в Челябинск и забрала в дер. Вохменку – к бабушке и дедушке. По окончании челябинской средней школы Анатолий Яковлевич приехал поступать в Ленинград. Намерения были крайне разнообразными. Он думал поступать в железнодорожный институт (очень хотелось путешествовать), думал о педагогическом (хотелось преподавать), а еще, с 9 класса он был влюблен в геологию – под впечатлением от рассказов мамы одноклассника о посещении Горного музея. Выбор пал на Горный университет. Будущий ученый поступил на Геологоразведочный факультет, который успешно окончил в 1961 г. Позже он продолжил образование, поступив в аспирантуру. В 1971 г. защитил кандидатскую диссертацию и остался работать на кафедре – сначала в качестве, младшего, а затем уже – старшего научного сотрудника.

В 1972 г. Анатолий Яковлевич вступил в Российское минералогическое общество. Уже в студенческий период у ученого начала формироваться обширная коллекция минералов. Он участвовал во многих экспедициях – на Урале, на Кавказе и в Карелии. (Забегая вперед, отметим, что к перестроечному периоду коллекция стала такой большой, что супруга начала делать ему замечания по этому поводу). В то же время началась самая активная фаза научной работы – Анатолий Яковлевич пишет статьи, в 1989 г. издает книгу «Амазонит» в соавторстве с коллегами Ю.Б. Мариным, М.Н. Остроумовым, В.А. Поповым, А.Н. Таращаном и Б.М. Шмакиным.

В течение многих лет он занимался разработкой методики дистанционного определения минералов и горных пород. Определить камень на глаз зачастую не может даже специалист. Анатолий Яковлевич разрабатывал диагностику камня методом инфракрасного спектра при помощи специальных приборов. Для этого камень, имеющий, хоть одну зеркальную площадку, помещают в специальный прибор, который записывает картину колебательных движений молекул камня с такой степенью точности, с которой при помощи ДНК исследуют генетику человека. Таким методом исследователь диагностировал все известные минералы. Полученные данные он передавал в Московский Институт геохимии и аналитической химии имени В.И. Вернардского РАН для диагностирования поверхности Фобоса (спутника Марса). Эта тема крайне увлекала ученого. Подобные методы определения он уже видел в действии – несколько раньше он работал с геологами из аэрокосмической лаборатории, когда в Казахстане и на Дальнем Востоке разведочные работы велись с вертолетов. Та же система, но в применении к космосу была крайне интересной. Однако, неожиданно тема оборвалась – космический корабль, отправленный для определения химического состава поверхности Марса, потерял связь с Землей. Проект «свернули».

Пройдя предзащиту докторской диссертации, Анатолий Яковлевич остался без работы и был вынужден уйти из Горного университета. Затем он два года был депутатом Каменногорского городского сельсовета и занимался вопросами экологии. А после перестройки все «рухнуло», и ученый остался безработным. Был вынужден работать на неподходящих должностях. Наконец, устроился преподавателем в Выборгский филиал ГУСЭ на кафедру геологии. Много времени проводил в библиотеке Алвара Аалто. Ученый вспоминает, что даже в Хельсинкской газете однажды вышла статья, но уже не его, а о нем, как о постоянном читателе библиотеки. Знакомство с сотрудниками библиотеки привело к тому, что геолог начал демонстрировать свою коллекцию в библиотеке в рамках тематических лекций. Там же он и познакомился с Татьяной Федоровной Павловой, сотрудницей научно-фондового отдела краеведческого музея, которая предложила ему открыть временную выставку в музее.

После нескольких выставок в музее Анатолий Яковлевич начал проводить занятия по геологии со школьниками Выборга. Занятия проходили в музее, библиотеке и школах. Глаза детей загорались, когда ученый передавал им в руки отшлифованные срезы разноцветных камней, и сердце исследователя радовалось. В 2008 г., после выставки «Радуга цветов в камнях и минералах», проходившей в стенах Выборгского замка, Анатолий Яковлевич передал свою коллекцию музею. На вопрос: «Почему Вы решили передать свою коллекцию в фонды музея?» ученый отшучивается: «Да я просто устал их туда – сюда таскать ».

Позже коллекция пополнялась образцами, которые Анатолию Яковлевичу для музея передавали студенты Горного университета, друзья и коллеги. Последним ярким событием с участием коллекции минералов стал масштабный выставочный проект «Помни о Севере». Руководителем проекта выступала Мошник Юлия Игоревна (ученый секретарь Выборгского объединенного музея-заповедника 2015-2018 гг.). По материалам проекта был создан каталог, в который, в т.ч., вошла статья А.Я. Вохменцева «Занимательные истории северных минералов».

Геолог, исследователь и просто замечательный человек Анатолий Яковлевич Вохменцев сейчас живет в г. Каменногорске Выборгского района. Он щедро и с большим удовольствием делится своими знаниями, принимает участие в научных конференциях, поддерживает связи с музеем, библиотекой Алвара Аалто и школами Выборга. Он ждет, когда после завершения реставрационных работ, музей-заповедник откроет выставку минералов на постоянной основе. Ведь тогда будет гораздо проще проводить занятия со школьниками, и лекции – для всех желающих.

«Я не перестаю повторять мысль, которая, вроде бы, тривиальна. Говоря о полезных ископаемых и минералах, то на сегодня Ленинградская область не так уж ими богата. Но даже вдоль и поперек исследованный район нельзя считать окончательно изученным. Примеров такого рода я знаю немало. Геология не статична. Она не ограничивается событиями, которые происходили миллионы лет тому назад. Она находится в процессе непрерывного развития. Она  творится и проявляется прямо на наших глазах. И нам важно раскрыть их шире и увидеть, что геология имеет непосредственное отношение к нашим сегодняшним погодным аномалиям. Все, связанное с климатом, погодой имеет тесное взаимодействие с полезными ископаемыми. В частности, с такой проблемой, как исчерпаемые и неисчерпаемые; воспроизводимые и невоспроизводимые ресурсы» – А.Я. Вохменцев.

 

Иванова М.С.

 

 

 

 

 

ЛАППАЛАЙНЕН РИСТО (р. 1944)

друг музея

1992 год в истории Выборгского краеведческого музея был одним из самых сложных. К тем трудностям, которые переживала вся страна, добавились собственные проблемы: угловая Райская башня замка под воздействием внешней вибрации медленно сползала со скального основания, угрожая в любой момент превратиться в груду камней. Зиму 1991–1992 годов башня простояла, перетянутая металлическими тросами, а весной 1992-го начались  реставрационные работы. Они уже близились к завершению, когда финансирование внезапно закончилось: ситуация, для начала 1990-х обычная. И поскольку ждать было нельзя, добыванием средств на реставрацию занялся музейный коллектив. Научные сотрудники, хранители фондов, методисты и директор музея С.А. Абдуллина (которая, собственно, и организовала музейный марафон по спасению башни) читали лекции, демонстрировали предметы из фондовых коллекций, всячески рекламировали музей – и смогли собрать сумму, необходимую для завершения работ.

Читать далее

Эпопея по спасению Райской башни была одним из тех случаев, когда каждый сотрудник музея смог почувствовать, как сильно изменился мир вокруг. В новых условиях музейщикам нередко приходилось принимать решения самостоятельно, без оглядки на то, какие рекомендации поступят сверху. В этом была высокая мера ответственности, но и замечательное чувство свободы, открытости музея для новых контактов, новых тем и новых решений.

В том же 1992 году Выборгский замок – первым в России – вступил в Ассоциацию замков Балтийского моря. У музея и прежде существовали международные связи, но только теперь, накануне 700-летия Выборга, стали возможны большие выставочные проекты с участием «зарубежной стороны». Первым таким большим проектом в Выборгском музее стала выставка «500 образцов оружия из коллекции Ристо Лаппалайнена», открывшаяся 10 декабря 1992 года во втором этаже главного корпуса Замка.

Выставка была во всех смыслах необычной. Иностранный коллекционер, частное лицо, никак не связанное с организациями, курирующими международные культурные контакты, привез и выставил в музее пограничного города 358 (цифра «500» на афише была некоторым преувеличением) «стволов»: наганы, вальтеры, смит-вессоны, браунинги, парабеллумы, маузеры, ППШ, Суоми…. – оружие, сконструированное в разное время в двадцати странах Европы и США. Среди представленных на выставке экспонатов было оружие Красной армии и сил обороны Финляндии периода Зимней войны – сюжет, о котором тогда все еще предпочитали особенно не распространяться. Помимо этого, Лаппалайнен привез на выставку копии рисунков и фотографий, на которых был запечатлен Выборг в августе 1941 и июне 1944 годов. Впервые на музейной выставке в замке шел разговор о трагедии города, пережившего за четыре года три полных смены населения и изувеченного войной. Важной особенностью выставки был ее пацифистский настрой: владелец коллекции ненавязчиво проводил мысль о том, что оружие должно быть предметом интереса, изучения, экспонирования на выставках – но не средством убийства. Не случайно у выставки появилось второе название, под которым она и запомнилась – «Сдадим оружие в музей».

Точности ряди отметим, что это была уже вторая демонстрация коллекции Ристо Лаппалайнена в Выборге. В декабре 1991 года Санкт-Петербургское Главное управление внутренних дел Северо-Запада проводило на базе выборгского отделения милиции выставку-семинар, на которую Лаппалайнен привез 50 образцов полицейского стрелкового оружия. Эти предметы увидел только очень узкий круг людей. Выставка в Выборгском замке дала возможность познакомиться с коллекцией Лаппалайнена всем желающим. И этих желающих было очень много. Успех (в том числе и коммерческий) был таков, что работа выставки продолжалась до лета следующего года, и всегда при скоплении посетителей в зале.

Надо заметить, что для того, чтобы перевозить через российско-финляндскую границу коллекцию ценного оружия в 1992 году нужна была решимость и готовность ко всякого рода неожиданностям. Собственно, неожиданности начались еще до того, как коллекция добралась до музея. Конечно, груз был задержан таможней, и С.А. Абдуллиной пришлось его вызволять, используя личные связи и объясняя, что стволы едут в Россию в культурно-просветительских целях. К счастью, проблема была решена, выставка смогла открыться в срок, и господин Лаппалайнен провел по ней первую экскурсию – на русском языке.

Еще одной существенной проблемой было обеспечение сохранности коллекции. Об этом Р. Лаппалайнену тоже пришлось позаботиться самому. За свои деньги он привез и оборудовал выставку сигнализацией «Philips», которая оказалась очень чувствительной и включалась при любой попытке посетителей приблизиться к экспонатам.

Кем же был этот решительный финский коллекционер? Ристо Лаппалайнен – коренной житель Северного Саво, губернии с центром в городе Куопио, в самом сердце Финляндии. Его родной город связан с Выборгской землей своей военно-эвакуационной историей. В главном музее Куопио, Музее православия, хранятся церковные ценности, вывезенные из выборгских и сортавальских храмов, а также Валаамского и Коневского монастырей.

Фамилия, которую он носит – одна из старейших в Финляндии, она восходит к XVI веку и особенно распространена в восточных губерниях страны. Ристо Лаппалайнен является членом Общества Лаппалайненов – союза людей, интересующихся происхождением фамилии и генеалогическими связями своей семьи. Еще один интерес Лаппалайнена – это народный диалект Саво, в знании которого ему нет равных. В 2003 году он стал победителем конкурса знатоков «говора Саво».  

Но главное его увлечение – это история оружия. В Куопио Лаппалайнена называют «нашей энциклопедией оружейной промышленности». Он увлекся этой темой еще в юности, во время службы в Финских силах обороны в бригаде Северного Саво. В 1963 г. бригада была расформирована, и Лаппалайнен командовал последним патрулем воинской части. Еще тогда, во время службы, он высоко оценил советские автомобили, которые до 1990-х годов использовались и в финской армии. Ему в 1960-х довелось управлять ГАЗом-69, а несколько лет назад, в 2013-м, он приобрел для Музея ветеранов войны в Куопио 23-летний УАЗ-ик  (УАЗ-469) и с гордостью объяснял представителям прессы, что это детище советского автопрома – «самый настоящий круизный автомобиль. Если, конечно, убрать брезентовый тент». В 2007 г. на всю Финляндию оставалось только два таких УАЗика, и Лаппалайнен счастлив был заполучить для музея этого «красавца».

В Музее ветеранов войны, расположенном в старом здании бывшей кордегардии Куопио,  Ристо Лаппалайнен вместе с супругой Ольгой работал с 2006 по 2013 год. При нем многие экспозиции музея были обновлены. Он много выступал с лекциями, проводил экскурсии, сотрудничал с Военно-историческим обществом (почетным членом которого он является уже много лет). А после ухода из музея стал заниматься политической деятельностью, вступив в ряды партии «Истинные финны». В 2016–2017 гг. Ристо Лаппалайнен работал в городском управлении Куопио, был членом комитета социальной поддержки пожилых людей и иногда выступал с лекциями по истории родного города.

В биографии этого активного, общительного и очень знающего человека выставка в Выборгском замке оказалась лишь небольшим эпизодом, а в истории Выборгского краеведческого музея – важным культурным событием, первым по времени пунктом в программе празднования 700-летия Замка. Как напоминание о выставке в собрании Выборгского музея-заповедника хранится бюст Ристо Лаппалайнена, выполненный скульптором Виктором Павловичем Димовым. Все средства от работы выставки были переданы Р. Лаппалайненом в фонд реставрации Выборгского замка.

 

Мошник Ю.И.

 

 

 

 

 

АНДЕРСИН ХАНС ЭМИЛЬ (1930-2010)

Профессор информатики, общественный деятель, благотворитель

Конец ХХ – начало XXI вв. стали для людей временем перемен в сверхполном смысле: мы пережили смену веков, смену тысячелетий, переживаем наступление новой цифровой цивилизации и масштабные климатические изменения, а сейчас вот еще и глобальный мировой «коронный» катаклизм. В масштабах нашей страны к этому списку перемен можно добавить еще последнее десятилетие ХХ века – легендарные 1990-е. К ним все относятся по-разному и, наверное, лучше, чем Егор Летов не скажешь. Тогда:

Называли вещи своими именами
Сеяли доброе, разумное, вечное
Всё посеяли, всё назвали
Кушать подано — честь по чести
На первое были плоды просвещения
А на второе — кровавые мальчики…

Читать далее

Поговорим о «плодах просвещения», потому что 1990-е для нашего музея были временем, конечно, сложным, но при этом чрезвычайно интересным и насыщенным. Открытие границ освободило международные контакты от идеологического фильтра и культурные связи между нашей страной и другими странами невероятно оживились. Благодаря креативной натуре директора Светланы Александровны Абдуллиной в Выборгском замке пошла невиданная «движуха»: заработал «Центр детской дипломатии» под управлением Ларисы Михайловны Игнатенко, количество вернисажей с участием иностранных художников «утроилось-упятерилось», к ним добавились такие прикладные выставки, как «Финские печки», «Финские амбары» от Альфреда Колехмайнена (Финляндия), «Известь острова Купарсаари» из г. Риихимяки (Финляндия), «500 образцов оружия из коллекции Ристо Лаппалайнена» (Финляндия) и др., началась традиция Дней национальных культур (первой страной стала Франция), сотрудники музея впервые коллективно выехали заграницу – на шлюз Мустола на Сайменском канале и в Музей Южной Карелии в Лаппеенранту. Оживились научные связи и, в целом, сфера научных интересов, наконец, вышла за пределы той же идеологии: в замок стали приезжать иностранные ученые – «специалист по теории трещин и историк» Герман Парланд, спасавший своими знаниями Райскую башню, сотрудник Музейного ведомства Финляндии археолог Пирьё Уйно, ставшая другом музея на долгие времена, шведская исследовательница, специалист по замкам Биргитта Фритц и многие др. Впервые за всю историю музея началось изучение запретной ранее темы «Выборг в составе независимой Финляндии. 1918-1939 гг.» (этим занималась Юлия Игоревна Мошник, сейчас кандидат исторических наук, защитившая по этой теме диссертацию). Впервые, впервые, впервые…

И вот в это прекрасное свободное время установились контакты музея с Хансом Андерсином – профессором Высшей технической школы в Хельсинки, одним из создателей первого финского компьютера ЕSКО, членом финского Ротари-клуба, общественным деятелем. Впрочем, общественным деятелем Ханс Андерсин как раз и стал в 1990-е, когда ушел на пенсию. Его профессиональная деятельность не прекратилась, а просто перешла в формат семинаров, свободного времени стало больше, и значительную его часть Ханс Андерсин посвятил Выборгу. Почему Выборгу? – Догадаться нетрудно. Потому что Выборг – его родной город. Он родился в выборгской городской больнице в 1930 г. Его мать Астрид Хедман, дочь владельца аптеки на Крепостной, 22, вышла замуж за дипломированного инженера Лео Андерсина, владельца усадьбы в Сяккиярви (ныне Кондратьево). Там, в поместье Ниеменлаутта, и прошли первые годы его жизни (сейчас это территория базы отдыха «Энергия» на 23 км «Скандинавии»). Бабушка Андерсина по отцовской линии была родной сестрой знаменитого финского художника Хуго Симберга.

Ханс Андерсин начал свое образование в шведском классе Центральной народной школы (сейчас это Дворец культуры, бывший «полтинник»), а продолжить образование ему пришлось уже в Хельсинки после двух эвакуаций из Выборга в период с 1939 по 1944 гг. В своих автобиографических заметках Андерсин с большой любовью рассказывает о своем детстве, приводит много бытовых подробностей, например, что «в шведской школе учились русские, еврейские, татарские и другие дети иностранного происхождения, потому что их родители считали, что шведский язык выучить гораздо проще, чем финский». Или о том, как он впервые увидел чернокожего человека (моряка) в порту Уурас (ныне Высоцк), и как тот подарил одну марку девушке, которая согласилась с ним потанцевать на вечеринке. Он вспоминает о кафе с французскими булочками на Прогонной улице, о рождественских праздниках в Ниеменлаутта и многом другом. Прекрасная жизнь в семейной усадьбе и в Выборге канула в лету из-за войны. Однако Андерсин признается, что и через много лет после военной сумятицы он «по-прежнему ощущает себя выборжанином».

В 1989 г. вместе с братом Ханс Андерсин «незаконно» первый раз после войны побывал в Ниеменлаутта. Это событие стало причиной возникновения новой волны интереса к родным местам. В те годы на бывших усадебных землях был устроен профилакторий для сотрудников Приборостроительного завода. У Андерсинов родилась идея построить дачу неподалеку от него. И эта идея была реализована! К 1994 г. дача была готова, и несколько лет семья Андерсинов проводила в Ниеменлаутта лето вместе с внуками, родственниками и друзьями. Когда завод обанкротился (1997-1999 гг.) и одновременно усложнились правила пересечения границы, дачу Андерсины вынуждены были продать.

Однако с утратой дачи интерес к Выборгу не пропал. Уже в 1996 г. Ханс Андерсин активно участвует в создании выставки «Шведский Выборг» в Выборгском замке. В это время он возглавлял общественную организацию «Тюргильский орден», которая подготовила выставку и преподнесла ее в дар музею. На открытии выставки почетными гостями были генеральный консул Финляндии, вице-консулы Швеции в Санкт-Петербурге, директор Петербургского представительства Совета Северных Стран, а также большая делегация граждан из Швеции. Среди шведских гостей находился и граф Фредрик Поссе – потомок того самого Кнута Поссе, который устроил легендарный «выборгский гром» в Башне Святого Андреаса (не сохр.). «Шведский Выборг» стал первым в истории краеведческого музея проектом, предоставлявшим историческую информацию на четырех выборгских языках: русском, финском, шведском и немецком.

В 2000-е гг. Ханс Андерсин был избран главным редактором шведоязычного альманаха Wiborg Nyheter («Новости Выборга») – старейшей выборгской газеты, прошедшей за годы своего существования путь от оперативного ежедневного городского издания до исторического альманаха, выходящего один раз в год в Хельсинки. Доброй традицией стала презентация альманаха Wiborg Nyheter в Выборге, проводимая на двух языках – русском и шведском. Эта традиция продолжается и до сих пор. И до сих пор переводчиком статей выступает выборгский культуролог и друг Ханса Абакшина Эльга Николаевна.

В рамках сотрудничества с НКО «Виипури-кескус» (из менеджеров этого проекта в Выборге больше всего известна Алла Ивановна Матвиенко) Ханс Андерсин активно участвовал в создании выставок «Финский Выборг. 1918-1939» и «Выборг в составе Великого автономного княжества Финляндского. 1811-1917». Обе эти выставки и сейчас продолжают свою работу в Выборгском замке. Обладая широким кругом знакомств, Андерсин увлекал за собой в Выборг и привлекал многих к воплощению идей. Так, вышедший на пенсию банковский юрист, Эмер Силиус оказал помощь в подборе материалов и предметов по истории банковского дела в Выборге, а теперь каждый год проводит для нас экскурсии по одной из городских улиц на страницах альманаха «Wiborg Nyheter».

Под эгидой «Ротари-клуба» Хансом Андерсином был создан специальный фонд «Выборг», который активно и деятельно помогал детям-сиротам и детям из социально обездоленных семей из школы-интерната, которая когда-то находилась рядом с Монрепо (сейчас в бывших зданиях интерната работает выборгский филиал РГПУ им. А.И. Герцена). Интернат был отремонтирован, дети получали еду и одежду, и каждое лето большая группа воспитанников выезжала в Швецию на каникулы.

Быть высочайшим профессионалом своего дела. Быть максимально полезным любимому городу. Быть милосердным и щедрым. Когда-то это и означало «быть выборжанином». Ханс Андерсин был настоящим выборжанином.

P.S.: Использованы материалы в переводе Натальи Ерёминой.

Фото из архива Михаила Костоломова

 

Волкова Л.Г., Мельнов А.В.

 

 

 

 

БУСЛАЕВЫ ГАЛИНА ГЕОРГИЕВНА

И АЛЕКСАНДР МАЙЕВИЧ

Художник и скульптор

Музей не может быть создан по мановению волшебной палочки. Это процесс длительный и зависящий от многих факторов. История нашего музея доказывает это весьма убедительно. Бесспорно самый сложный период – первое десятилетие 1960-1970 гг. – создание музея «с нуля» во всех смыслах: без помещения, без специалистов, только на чувстве ответственности и голом энтузиазме. Первому директору Владимиру Ивановичу Дуброву и первым сотрудникам пришлось работать не только в условиях идеологического диктата (тогда это было меньшее из зол), но и в условиях постоянной неопределенности со стороны вышестоящего руководства. В планах работать в большом и прекрасном здании бывшего Художественного музея на бастионе Панцерлакс было отказано, и краеведческий музей открылся в малоприспособленном здании на пр. Ленина, 20 (ныне Сбербанк). Только обустроились, смонтировали своими силами первые выставки, пошло сокращение штатов с одновременным расширением «зоны охвата» (музей назначили «межрайонным» и присоединили к нему «филиалы»), потом новые планы – переезд на Замковый остров (1964). Это было, конечно, замечательно, но очень и очень тяжело. Владимир Иванович впечатляюще рассказывает об этом в своих воспоминаниях. Когда основные тяготы ремонта новых помещений в замке были позади, подтянулся «административный ресурс» в лице нового директора Ладанова П.Ф. Это помогло привлечь к оформлению новых экспозиций профессиональных дизайнеров и художников. Когда основные экспозиции были открыты, общение с художниками-профессионалами сошло «на нет». С начала 1980-х и вплоть до конца 1990-х гг. музей при создании выставок (с редкими исключениями) обходился своими силами. Именитые мастера своего дела были, что называется, «не по карману».

Читать далее

И тут на помощь музею пришли профессионалы «из местных». Те самые скромные трудяги, для которых служение искусству и высоким идеям – не просто слова, а образ жизни. Так в нашем музее появилась чета Буслаевых: Галина Георгиевна и Александр Майевич.

Галина Георгиевна родилась в 1964 г. в г. Калининграде. Папа, Беляков Георгий Валентинович, был капитаном дальнего плавания, мама, Валентина Дмитриевна (Бойкова в девичестве) – домохозяйка, занималась воспитанием четверых детей. Дедушка по отцу, погибший на войне, окончил в свое время Киевский национальный университет строительства и архитектуры и какое-то время до войны работал по специальности. В конце 1960-х семья Галины Георгиевны переехала в Выборг. Отец устроился в Выборгском порту лоцманом. Прокормить такую большую семью было непросто, родителям приходилось много работать, чтобы сводить концы с концами.

Среднее образование Галина Георгиевна получила в выборгской школе №14, окончила ее в 1981 г. Училась в Детской художественной школе, где и познакомилась с будущим мужем, в то время преподавателем ДХШ – Александром Майевичем Буслаевым. В 1987 г. она поступила в ЛХУ им. В.А. Серова (позже переименован в СПбХУ им. Н.К. Рериха) на кафедру дизайна архитектурно-пространственной среды. Художница отмечает, что ей повезло учиться у достойнейших учителей – Натальи Васильевны Алексеевой, Владимира Анатольевича Ободовского и Андрея Владимировича Недоступы. Во время учебы, будучи замужем за А.И. Буслаевым, Галина Георгиевна уходила в декретный отпуск и окончила училище в 1995 г.

Александр Майевич Буслаев родился в 1952 г. на Дальнем Востоке в семье военнослужащего. Когда семья переехала с Востока на Запад, то новым местом жительства стал Карельский перешеек, местечко Барышево Выборгского района Ленинградской области. Там будущий скульптор окончил сельскую школу. Параллельно получил образование в ДХШ г. Выборга. По окончании средней школы поступил в ЛХУ им. В. А. Серова. Позже забросил учебу, увлекшись не на шутку культурой коренных народов Северной Америки. В годы перестройки ему удалось побывать в США (по приглашению индейских вождей) и даже поговорить по телефону с известным индейским борцом за свободу Леонардом Пелтиером, подписи в поддержку которого когда-то собирали советские пионеры. Однако, незавершенность художественного образования тяготила, да и создавала много проблем в повседневной жизни, поэтому в возрасте «за пятьдесят» Александр Майевич принимает нестандартное решение и поступает в Санкт-Петербургскую Академию Художеств им. И. Е. Репина на кафедру скульптуры, которую успешно заканчивает в 2006 г.

В середине 1990-х гг. на талантливую семью обращает внимание директор Выборгского краеведческого музея Светлана Александровна Абдуллина. Причиной является плачевное состояние скульптур из коллекции Л. Дитриха и В. Козлова. Хранитель коллекции, заведующая отделом фондов, Елена Майевна Сизьмина (урожденная Буслаева) бьет тревогу, и в 1995 г. Александр Буслаев проводит реставрацию части скульптур. В 1996 г. Галина Георгиевна Буслаева вместе с искусствоведом  Ивановой Е.В. занимается оформлением выставки «Тело тленно – душа вечна. Произведения Л.А. Дитриха в собрании ВКМ». В 1997 г. Галина Буслаева по просьбе музея выполняет несколько акварелей с эскизами финских костюмов жителей Выборгской губернии (в рамках экспонирования в музее выставки из Санкт-Петербургского Музея антропологии и этнографии (Кунсткамеры) «Финны Выборгской губернии»). В это же время Галина Георгиевна работает над созданием сразу нескольких собственно музейных выставок: «Выборгский гром» и «Стоянки каменного века на Карельском перешейке» (1998, 1999) – под руководством научного сотрудника Ларисы Васильевны Петровой; также «Из прошлого Балтийского моря» (1998, куратор проекта Татьяна Федоровна Павлова, зав. сектором природы). Для выставки «Стоянки каменного века на Карельском перешейке» художница изготовила реплики горшечных изделий периода неолитической культуры. Эти керамические сосуды и сегодня входят в состав главной экспозиции музея-заповедника в зале, посвященном дошведской истории Карельского перешейка. Обе выставки, оформленные Галиной Буслаевой под руководством Л.В. Петровой, достойно представляли наш музей на выездных площадках: в Российском этнографическом музее в Санкт-Петербурге и в библиотеке г. Зеленогорска. Самым масштабным проектом для Галины Георгиевны стала выставка «40 лет музею» в 2000 г. Она была решена очень оригинально и – что немаловажно – дешево (по принципу «голь на выдумки хитра»). Но тогда иначе было невозможно. Вспоминая период работы над музейными экспозициями, Галина Георгиевна отмечает, что это было время, когда выставочное оборудование музея уже прилично устарело, приходилось обходиться подручными средствами. Это была интересная и очень ответственная работа.

А в 2006 г. в стенах музея открылась персональная выставка скульптур супруга Галины Георгиевны, Александра Майевича. Вообще, семья Буслаевых практически бескорыстно многие годы помогает восстанавливать не только скульптуры из фондов музея-заповедника, но и городскую скульптуру и декоративные элементы архитектурных памятников Выборга. Так, в 2012 г. Галиной Буслаевой была восстановлена пара мишек в саду костно-туберкулезного санатория «Выборг» (близ Батарейной горы). В 2018 г. Александр Буслаев участвовал в реставрации скульптурной группы медведей с фасада дома купца Маркелова по ул. Ленина, д.6. До этого была частичная реставрации скульптур «Промышленность» и «Морская торговля», установленных в начале Крепостной улицы. В настоящий момент Александр Майевич восстанавливает еще один символ Выборга – знаменитую скульптуру «Маленький рыбак» работы скульптора Микко Хови (1879 – 1962), выполненную из гранита.

Галина Георгиевна сегодня известна как художник-дизайнер, преподаватель лепки, живописи, рисунка и композиции в своей творческой «альма-матер» — Детской школе искусств г. Выборга. Она много работает в технике акварели, периодически радуя горожан персональными выставками в галерее «Знакъ». Некоторое время назад она вступила в Петербургское общество акварелистов, приняла участие в итоговой выставке общества в Выборгском замке в 2019 г. (выставка завершала ежегодный выборгский пленэр и в этом году была международной по составу участников). А сейчас Галина Буслаева готовится принять участие в посвященной Выборгу выставке акварели в Великом Новгороде.

Не хлебом единым жив человек…

 

Иванова М.С., Волкова Л.Г.

 

АБАКШИНА ЭЛЬГА НИКОЛАЕВНА (р. 1934)

Культуролог, переводчик шведского языка

За семь с лишним веков своей истории Выборг неоднократно менял свою государственную принадлежность, при этом статус Выборгского замка вплоть до 1964 г. оставался неизменным. И при шведах, и при русских, и при финнах это был не просто символ власти, это был военный объект. А что такое военный объект? – Нечто грозное, в той или иной степени неприступное, а главное – закрытое от постороннего внимания. Попытки переориентировать вектор развития памятника старины, каковым со временем стал замок, как правило, не увенчивались успехом. Прекрасный проект архитектора Жака Аренберга 1885 г. так и остался прекрасной мечтой. Хотя… Нет, пожалуй, не совсем верно, точнее будет «оставался прекрасной мечтой». Но об этом позже.

Читать далее

Итак, до 1964 г. Замковый остров – «режимная» территория. После того, как в 1918 г. подразделения российской армии покинули Выборг, Выборгский замок сохранил статус военного объекта, и в нем был размещен штаб 2-й дивизии финских Сил обороны. Командиром дивизии с 1925 г. был полковник Харальд Эквист, ставший к началу Зимней войны генерал-лейтенантом и командующим армейским корпусом. Совершенно удивительный человек и о-о-очень нетипичный военачальник. Потому что, вот что это такое? Смотрим выборгские газеты и журналы середины 1920 – начала 1930 гг., читаем (в переводе гугла и словаря):

«В старом замке Торгильса Кнутссона, гордости города Выборга, в майские дни 23 и 24 мая (1925 г.) наблюдалось странное явление: все его дворы, крепостные валы и закоулки были полны собак всех пород и их преданных друзей, мужчин и женщин. С любезного разрешения «владельцев замка» Карельскому клубу собаководства удалось организовать свою седьмую выставку собак в таком прекрасном месте, само название которого значительно повышало уровень и значение события. Представлено было рекордное количество собак – 228 (!) – самое большое за всю историю клубных выставок…. И хотя оба выставочных дня стояла холодная погода, и даже время от времени шел дождь, выставка прошла успешнее, чем ожидалось, а количество зрителей было большим каждый день…»

И такое повторялось ежегодно! Оказывается, регулярное проведение собачьих выставок в Выборгском замке до войны было традицией. К нашему большому удивлению…

(Узнать об этом мы смогли только сейчас, когда в Интернете появился огромный массив оцифрованных документов на всех языках, в том числе, финских газет и журналов 1920-х гг.)

Прошло много десятков лет. В 1964 г. Выборгский замок официально стал музеем, и здесь началась, наконец, почти та самая жизнь, о которой мечтал Аренберг и все, кто с ним. И вот, берем выборгские газеты, читаем:

«18 мая на Замковом острове прошел юбилейный фестиваль, посвященный первой фараоновой собаке в России. В программе – культурологическая выставка «Легенда космоса», выступление Детского музыкального театра городского ДК, выставка собак с последующей их экспертизой. Среди всех выступлений особо хочется отметить показ животных, спасенных человеком – среди них были и обыкновенные «двортерьеры» и породистые псы, которых хозяева выгнали вон…» («Выборгские ведомости», №22, 23.05.1997, с.8)

Вот как! Если история повторяется, значит, это кому-нибудь и зачем-то нужно. Инициатором идеи фестиваля, организатором обеих выставок была Эльга Николаевна Абакшина – владелица первой в истории России фараоновой собаки, появившейся как дар и символ дружбы между народами от потомков президента Финляндии Л.К. Реландера. Церемония передачи щенка Шейк´с Хасиенды (Хейди) состоялась в Выборге в 1987 г.

 Сама Эльга Николаевна приехала в Выборг в 1981 г. из Ленинграда. Родилась же она в 1934 г. в Магнитогорске, но по семейным обстоятельствам в возрасте двух месяцев ее отдали в семью бабушки, проживающей в Москве. Бабушка – Нина Степановна Пушкарева, урожденная Носарь, получившая образование в Сорбонне, работала в московском детском доме врачом. Муж бабушки – Александр Мелентьевич Гречко – был ученым-экономистом, специалистом по кооперации, преподавал в Институте народного хозяйства им. Плеханова. Поэтому Эльга Николаевна считает себя коренной москвичкой. В Москве она окончила школу, получила высшее образование, причем «двойное»: как выпускница Московского химико-технологического института она была инженером-технологом, а как окончившая параллельно филфак МГУ – филологом со знанием шведского языка. По завершении образования, до 1962 г., Эльга Николаевна работала в Государственном комитете по науке и технике при АН СССР, затем – после переезда семьи в Таллин(н) – в Совете народного хозяйства ЭССР. После смерти родственников в 1972 г. Эльга Николаевна переезжает в Ленинград, работает в Технологическом институте им. Ленсовета. Как человек деятельный, она везде, где бы ни жила и работала, принимает активное участие в общественной жизни: при ее содействии создается Музей лейтенанта П.П.Шмидта в Очакове, а в «техноложке» она вместе с Кудояровой Софией Ивановной занимается реновацией и укреплением Музея истории Санкт-Петербургского государственного технологического института (технического университета).

Такой же общественно-активной приезжает Эльга Николаевна в Выборг. Среди ее выборгских проектов:

– участие в создании Государственного историко-архитектурного и природного музея-заповедника «Парк Монрепо» и привлечение к этому благому делу академика Дмитрия Сергеевича Лихачева;

– организация и проведение международного детского фольклорного фестиваля «Руна Балтики» в 1986-1990-е гг., проходившего под Знаменем Рериха;

– создание детского общественного движения «Малая академия» (1987);

– учреждение историко-литературного и экологического конкурса им. Л.Г. Николаи и конференции для школьников «Врата в Будущее» (с 1991 г.);

– создание Шведского культурного общества и организация различных выставок

и многое другое.

Более двадцати лет Эльга Николаевна отработала старшим преподавателем культурологи и краеведения в выборгском филиале Академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ, занималась исследовательской деятельностью с детьми-сиротами из выборгского интерната, работала во Дворце пионеров и школьников и в др. местах.

С Выборгским замком-музеем прямое сотрудничество Эльги Николаевны началось в 1994 г., когда ею впервые была организована культурологическая выставка «Легенда о Голубой Собаке». С 1997 г., начиная с упомянутой выше выставки собак «Легенда космоса», через каждые пять лет Эльгой Николаевной при поддержке местного клуба собаководства проводились на Замковом острове фестивали под эгидой Национального клуба Фараоновых собак России. Каждый фестиваль сопровождался культурологической выставкой или семинаром. В 2003 г. в замке состоялась заключительная конференция историко-литературного и экологического конкурса «Врата в Будущее». В 2004 г. – первая открытая презентация альманаха «Wiborg Nyheter», организованная Абакшиной Э.Н. совместно с российско-финляндским центром гражданских и культурных инициатив «Виипури-кескус». С тех пор и до настоящего времени  Эльга Николаевна – неизменный переводчик и участник этого мероприятия, проводимого в последние годы в Городской библиотеке Алвара Аалто. Тогда началась и традиция празднования Дня Святой Люсии – тоже по инициативе и непосредственном участии Эльги Николаевны. Эта традиция продолжается до сих пор. В 2005 г. в Выборгском замке был проведен тематический вечер «Музыкальный мир семьи Николаи», в 2007. – круглый стол «К 100-летию со дня рождения Д.С. Лихачева». В том же году был реализован масштабный просветительский проект «Собаки в замках Европы» в рамках III Национальной выставки фараоновых собак, сопровождавшийся выставками и театрализацией.

В Выборге в полную силу оказалось востребованным второе образование Эльги Николаевны. Долгое время она была единственным в городе переводчиком со шведского языка и в этом качестве ее сотрудничество с музеем трудно переоценить. Для второй книги «Страницы выборгской истории» (2004) Эльгой Николаевной на безвозмездной основе были сделаны переводы большинства статей иностранных авторов. Без этой огромной работы книга бы многое потеряла, как в объеме, так и в качестве.

В настоящее время, пребывая в весьма почтенном возрасте, Эльга Николаевна по-прежнему сохраняет бодрость духа, организовывает выставки на различных площадках, сердечно заботится о домашних и бездомных животных.

«Мысли глобально, действуй локально» – ее жизненный девиз по-прежнему актуален.

 

Волкова Л.Г.

Яндекс.Метрика